Юрист в россии больше чем юрист

О четырех типах юристов в России

Мы иногда читаем лекции российским студентам, когда приглашают смелые люди. Кто лично читает, а кто по скайпу. Разговоры с подрастающими юристами — вещь интересная, дающая больше оснований для раздумья, чем, скажем, встреча с членами Ассоциации юристов России, которые, подобно российским сенаторам петровских времен, все рассуждают, чем же отличается кесарево сечение от сечения розгами. Понятно, что старых юристов надо сократить, молодых надо учить, всех в порядке живой очереди лицензировать. Неясно одно: чему и как надо учить молодых. Где оно, то самое, искомое российское право, которому надо учить?

Вот и мы задались вопросом, как бы ловчее молодому поколению объяснить, где это право найти, нужно ли его искать, куда это может привести. И как плыть (или хотя бы не утонуть) в этой смеси права, понятий, партийных линий и обычаев, учитывая, что обычаи — это вовсе не двухсотлетний прецедент, а выжимка из последнего послания президента, возведенная в конституционную норму. Увы, вся учеба на любом классическом, неклассическом и диковато-коммерческом юридическом факультете направлена на изучение неких конвекционных принципов, подходов и норм, которые, если и применяются на практике, так исключительно Конституционным судом. А когда оканчиваешь родную Alma Mater и попадаешь в какую-то организацию, где тебя такого юного и воодушевленного мрачный дядя отправляет дела подшивать, хочется в голос плакать: «А где же право?»

Так какое право могут выбрать молодые? Осмелимся произвести некую классификацию, в зависимости от того, куда наши выпускники идут и какое право при этом им нужно.

1) Право следственно–прокурорское. Главный путеводитель по этому праву — сериал 1990-х «Менты» или более современный «Глухарь». Лозунг: «Вы голову-то включайте! Убьете идиота, а сядете как за человека!». Прокурорско-ментовское право представляет собой комплекс правил, как избежать применения норм права в той или иной ситуации, то есть некое право «от противного» или «не-право». Человеку, который хочет всю жизнь провести в этой системе, где, разумеется, встречаются «зерна меж плевел» (т. е. замечательные и честные люди), право лучше вообще не изучать — только мешать будет. Лучше окончить что-нибудь полезное, например, политехнический или медицинский. Но если в эту систему попал, то или уйдешь, или убьют, или приживешься — вырастишь раковину, которая отгородит тебя от ужасной действительности и позволит иметь здраво-циничный взгляд на вещи. Однако, усвоив понятия и принципы милицейского или прокурорского права, обломав себе зубы о матерящееся начальство, озабоченное раскрытиями и палочками в отчете, человек имеет шанс раз и навсегда стать «своим». И начать медленно, но верно карабкаться вверх по служебной лестнице, ограничивая свое знание права пунктами соответствующих инструкций и выдержками из последней застольной речи местного начальника УВД. А потом полковничьи погоны, «фольксваген» с мигалкой, ранняя пенсия, дача. Единицы особо честных или откровенно глупых режут правду-матку начальству и в результате вычищаются как загрязняющие ряды, идут на зону, записываются в правозащитники. А там, кроме пяти статей Евроконвенции и десяти статей УПК, ничего знать вроде как и не нужно.

2) Право судейское. «Судейские» — это вообще малопубличное и узкопрофильное сообщество, живущее по внутреннему кодексу, который похож на кодекс из фильма «Крестный отец» или «Клан Сопрано» (заговор молчания и прочая зловещая специфика). Основной лозунг системы: «Неподкупны лишь те судьи, которые нам не по карману». В современных условиях, увы, борьба с коррупцией в судейской среде напоминает бородатый афоризм «пчелы против меда». Если в качестве барьера от повторного перераспределения материальных благ в России начнут действительно строить независимую судебную систему, то из нее уволятся 2/3 существующих судей, и начнется что-то совершенно новое и неизведанное. А пока назначения на высшие посты, например, в Высшем арбитражном суде, происходят по принципу приближенности, ясно, что у нас судьей может быть каждый, имеющий хоть какие-нибудь юридические «корочки», готовый следовать неписанному кодексу, умеющий прогнуться.

Отдельные честные особи в заштопанных мантиях систематически вычищаются из сообщества. Обратно их уже никакой Европейский суд запихнуть не в силах. Знание права необходимо лишь для того, чтобы не выглядеть чудаком в глазах участников процесса, но оно не должно быть излишним, чтобы не пугать начальство, да и самому не расстраиваться. Диссертации и прочая научные атрибуты должны изящно следовать линии партии или в крайнем случае быть в рамках официально одобренной оппозиции. Общее движение системы определяется дрожанием левой икры высшего государственного руководства. Вряд ли кто-то изначально метит в судьи, но, помыкавшись на должности юрисконсульта заштатной фирмы или простого следователя районного УВД, многие проявляют желание встроиться в относительно сытую и стабильную судейскую систему. Пусть даже эта перспектива имеет мало общего с принципами судейского или человеческого достоинства. Если вы к этому готовы — вперед.

3) Право адвокатское. Представляет собой комплекс конъюнктурных заимствований из прочих подвидов права. Мутирует в зависимости от остроты момента. Любимый афоризм практически всех наших знакомых адвокатов — про «нанятую совесть» от Достоевского. Но российскую адвокатуру и ее отношение к праву более точно описывает более современный афоризм: «Адвокат — защитник собственной выгоды». В большинстве российских фильмов, адвокат — толстый продажный подонок, мешающий честный ментам наказывать бандитов. В конце, как правило, мучительно и некрасиво гибнет.

Современная адвокатура все время судорожно и демонстративно пытается перестроиться. С одной стороны, хочется, чтобы система пришла в некий цивилизованный вид, когда все юристы будут по западному образцу лицензироваться. А с другой стороны, не хочется терять имеющиеся привилегии. Пока же знание закона и умение его применять стоит на далеком месте в списке необходимых адвокату качеств. В топе, как обычно: связи, личный PR, клановая принадлежность и, желательно, — голос погромче и базовое актерское мастерство. Соответственно, откуда-то вылезли какие-то непонятные доктора адвокатских наук, числившиеся за три года до этого преподавателями труда в средней школе. Авторам достоверно известно, что один из самых раскрученных адвокатов в начальный момент своей головокружительной карьеры вообще не имел юридического образования, так как, по уверению его ближайших знакомых, просто забыл его получить. Так что хочешь быть адвокатом — будь им. А все что нужно, включая и кусочки права (или актерского мастерства), изучишь в процессе работы или наймешь молодого выпускника посмышленее.

4) Право коммерческое (российское). Распадается на два подвида: то, чем занимается юрист в юридическом отделе компании и то, что живет самостоятельно в юридических фирмах. Ничем особенным, кроме презрительной клички «юристишки», эти люди в коллекции афоризмов не прославились. Самое известное произведение о них — «Фирма». На первый взгляд, чтобы работать и на корпорацию, и в юридической фирме, право надо знать. Но после первого года работы замечаешь, что гораздо лучше тебя преуспевают коллеги, либо отмеченные клановой принадлежностью к верхам, либо имеющие связи в структурах, с которыми работает компания. Пока ты по ночам пишешь заключения, зарывшись в «Консультант», они налаживают полезные связи. И ты начинаешь задумываться: а зачем я все так хорошо знаю, когда те, кто у меня постоянно что-то спрашивает, получают зарплату в два раза больше. Получается, что коммерческому юристу право само по себе не к чему, поскольку формула для него проста и незатейлива: опыт работы с полезными навыками и связями плюс умение себя выгодно продать. Вот и выходит, что лучше не корпеть над учебниками, а побыстрее выходить на работу в какую-нибудь налоговую или антимонопольную службу, пахать там за копейки 3-4 года, усваивая комплекс понятий, недомолвок и передергиваний, который является «их» внутренним правом, а потом быстро продать себя на сторону как эксперта.

Возможно, наши уважаемые читатели скажут, что мы пытаемся измерять среднюю температуру по больнице. Это не совсем так. Молодой юрист выбирает не просто карьеру — он выбирает для себя свое отношение к праву. К тому, что оно для него будет собой представлять всю его жизнь: понятийный кодекс или все-таки некие нормы и принципы, хоть как-то связанные с тем, что Горбачев не очень удачно назвал «правовым государством» (и что в цивилизованном мире известно как Rule of Law). Можно поменять должность и карьеру, но не отношение к праву. Например, у Путина (изначально силовика) право — средство, а у Медведева (изначально научного сотрудника) — цель. А должность практически одна.

На чем зарабатывают юристы в России

Джон Гришем в романе «Камера» так описывает консультантов по корпоративным вопросам:

«Корпоративные юристы в хрустящих от крахмала рубашках, они не привыкли касаться грязи, неизбежно пачкающей манжеты адвоката по уголовным делам. Они не ходят по тюрьмам, не ведут бесплодных бесед с полисменами, государственными обвинителями и жестокосердными судьями. Их удел – сидеть в уютной тиши кабинета и давать грамотные советы клиенту, готовому выложить несколько сотен долларов за часовой разговор. Остальное время они отдают обсуждению профессиональных сплетен, конференциям да обедам с банкирами и руководством страховых компаний».

На эту тему снят прекрасный американский сериал «Форс-мажоры».

В России свыше 20 000 000 судебных дел в год. И это не считая тех, которые не дошли до суда.

Очевидно, что россияне не стремятся следовать закону. Возникли даже поговорки – «Кому я должен – всем прощаю» или «Платят только трусы».

Доводить дело до суда в странах, где его решение исполняют, – рисковое занятие. Погибнет репутация и останешься без штанов.

В России 2/3 судебных решений не исполняются. Судиться дешево. Суды завалены сфальсифицированными доказательствами. Закон не обязывает суд помогать искать имущество должника, выявлять его бенефициаров.

В этой связи, консультации корпоративных юристов утрачивают большое значение. Если можно безнаказанно вывести средства в оффшор или обналичить, зачем дорогостоящий консультант? Любой начинающий предприниматель знает, как это сделать.

Неудивительно, что юристы в России зарабатывают не на консультациях по слиянию и поглощению, а на судебных процессах. Причем самые большие деньги платят тем, кто прикрывает преднамеренное банкротство фиктивными сделками, то есть по сути, соучаствует в преступлении.

Юрист станет больше, чем юрист // Пять главных изменений, которые принесет Legal Tech

Как новые технологии изменят работу юридических департаментов? Это один из самых бурно обсуждаемых вопросов среди юристов. Звучат опасения, что юристы будут не нужны: новые технологии смогут сами проанализировать документ, составить договор и даже подать иск в суд. Другие уверены, что новые технологии не заменят традиционных юристов, но позволят гражданам получать юридическую помощь там, где раньше ее не было (см. блог Михаила Александрова). Мнением о том, как новые технологии изменят юридические департаменты, с Закон.ру поделились спикеры конференции Moscow Legal Tech 2018, прошедшей в 19–20 апреля: руководитель по правовым вопросам Farfetch в России и СНГ Алексей Мягченков и главный исполнительный директор Dentons Nextlaw Labs Мари Бернар.

Юрист — это больше, чем юрист

Юристам надо научиться разбираться в современных технологиях, даже если работа напрямую с этим не связана. Это первое, на что обращает внимание Алексей Мягченков. Услуги внутренних юристов должны опережать бизнес компании. То есть юристы не должны ждать цифровизации документооборота, а инициировать и руководить проектами по диджитализации процедур проверки контрагентов, согласования и заключения договоров в электронной форме.

Доверие к юротделам вырастет

Мари Бернар считает, что одно из главных изменений, которые принесет Legal Tech в работу юристов, — рост доверия к юридическим отделам. У юристов появится больше возможностей быстрее реагировать на запросы «внутренних» клиентов. При этом в юридических отделах должны быть люди, которые в курсе того, что происходит на рынке Legal Tech, — соглашается Мари Бернар с Алексеем Мягченковым.

Юристы научатся «продавать» свои услуги внутри компании

С развитием новых технологии юристы должны научиться «продавать» свои услуги внутренним клиентам. Это могут быть услуги, связанные с персональными данными, госзакупками, автоматизацией внутренних юридических процессов. «Продавать» услуги надо при помощи хорошо составленных материалов. Обычной написанной на бумаге процедуры недостаточно. Как минимум это должна быть презентация. Но и этого сейчас уже мало, считает Алексей Мягченков. Юристы должны уметь создавать памятки, уметь объяснить сложный материал понятным языком и даже делать видеоролики (или руководить подрядчиками, которые будут такие ролики записывать).

Юридические технологии станут доступы и для других отделов

Это поможет разгрузить работу юротделов, так как у них не всегда хватает времени и ресурсов. Впрочем, здесь кроется опасность, предупреждает Мари Бернар. Другие отделы смогут пропустить ошибку в юридическом вопросе. Ведь искусственный интеллект хорош ровно настолько, насколько он запрограммирован. А в специфической ситуации может потребоваться дополнительная проверка человеком, а не машиной.

Юристы научатся оптимизировать свою работу

Традиционно в российской практике инхаусы воспринимались (и до сих пор во многих компаниях воспринимаются) в лучшем случае как неизбежное зло, а в худшем — как ненужная бюрократия. Сейчас же прогрессивные инхаусы выполняют не только свою прямую функцию внутренних юридических консультантов, но и управляют проектами оптимизации внутренних бизнес-процессов. В первую очередь это касается документооборота. Алексей Мягченков в пример приводит онлайн-магазин «Юлмарт», который практически полностью исключил бумажный документооборот и ввел электронную цифровую подпись для всех сотрудников.

Чем занят ваш юрист: сколько времени юристы тратят на работу

Говорим «юрист», думаем«переработки»: разговорами о слишком длинном рабочем дне юриста никого не удивить. Но сколько времени в течение дня уходит на работу, за которую платит клиент? На этот вопрос ответили в американской компании Clio, подсчитавшей реальное количество часов, за которое юристу заплатит клиент. Чем заняты юристы в остальное рабочее время и на что обращают внимание клиенты, аналитики рассказали в докладе «Legal Trend 2017».

За что заплатит клиент

Только 29% от общей протяженности рабочего дня юриста приходится на «забилленое» время – время, которое уходит на работу по клиентскому проекту. К такому выводу пришли исследователи канадской компании Clio, разработчики облачных сервисов для бизнеса. При подготовке доклада о тенденциях юррынка компания пользовалась данными более чем 60 000 пользователей, в числе которых американские юрфирмы разной величины.

Такой средний процент счетов, выставляемых клиенту, остается неоплаченным. Самый большой процент неоплаты – в страховании (28%), банкротной практике (26%) и иммиграционных делах (22%).

Проведя анализ полученных данных, в Clio обнаружили, что только 2,3 часа из 8 рабочих часов – время, которое могут забиллить юристы. При этом так называемый процент реализации – процент биллинговых часов, на которые в итоге фактически выставляется счёт, составляет 82%, а процент сбора средств – показатель, который демонстрирует, за какое количество забилленой работы реально заплатил клиент, составляет 86%. Другими словами, по факту юрист получает деньги от клиента только за 1,6 часа из всей сделанной в течение дня работы.

Куда уходит время?

Если на биллинговое время приходится лишь 29% всего рабочего дня, чем еще заняты юристы в оставшиеся почти шесть часов? Согласно полученным данным от почти 3000 профессионалов, 48% дня уходит на выполнение административных задач – лицензирование деятельности, продолжение образования, управление офисом, создание и рассылку счетов и прочее.

Еще треть дня отводится на решение бизнес-задач. 33% времени уходит на развитие бизнеса – поиски новых клиентов отнимают действительно много времени и сил юристов. Однако им это явно нравится: 41% опрошенных указали, что с удовольствием занимались бы этим больше, если бы могли себе позволить.

Выяснили исследователи и то, почему продуктивность работы юриста часто не так высока, как хотелось бы. Выводы банальны: основная проблема – в плохой организации труда.

Чаще всего юристы жаловались на то, что им приходится слишком много отвлекаться. 25% юристов заметили, что их отвлекают от текущей работы на сторонние задания более 10 раз в день, еще 30% вынуждены переключаться на разные задачи 6–10 раз. Более чем две трети респондентов согласились, что им в принципе ни на что не хватает времени, и 28% признали, что с тайм-менеджментом и соблюдением дедлайнов у них проблемы.

Решить проблему может грамотное расписание, которое сам же сотрудник и составит себе, отвечают российские юристы: грамотный тайм-менеджмент поможет не срывать сроки сдачи проектов без потери в качестве, правильно делегировать задачи и находить время на допобразование. Особенно актуально это для консультантов, график у которых менее предсказуем, чем у их коллег в инхаусе.

Цели повысят эффективность работы

Результаты исследования подтвердили, что компании, которые ставят для сотрудников целевые показатели по биллингу, работают эффективнее. При этом реально оценить, сколько часов оплатит клиент в течение года, могут всего 54% опрошенных, нормы по биллингу есть лишь у 40% компаний, и только половина руководствуется бюджетом при выборе размера почасовой оплаты.

Наиболее типичной формой вознаграждения юриста по-прежнему остается почасовая оплата, ее предпочитают в 86% случаев. Так называемая «flat fee» – выплата фиксированной суммы за согласованный набор услуг – используется реже (в среднем 16% дел) и более характерна для работы в отдельных сферах, например, таких, как ДТП (90% споров приходится на flat fee), вопросы миграции (72%), защита по уголовным делам (59%).

Доклад приводит и средние почасовые ставки юристов в 10 крупнейших городах США. Это, например, $344 в час в Нью-Йорке, $323 в Лос-Анджелесе, $312 в Чикаго, $310 в Майами, $304 в Вашингтоне.

Взгляд клиента: как выбирают юриста

Исследователи опросили не только юристов, но и их клиентов, которые рассказали о том, как именно они выбирают юриста. Оказалось, что клиентам важна быстрая реакция на почту и звонки – об этом упомянули 67% опрошенных. 64% прельщает бесплатная первая консультация, 47% хотят фиксированную стоимость работы по проекту. 28% опрошенных хотели бы иметь возможность расплатиться с юристом кредиткой, 27% хотят общаться с юристом через текстовые сообщения, а то, как выглядит сайт компании, имеет значение лишь для 19% респондентов.

62% опрошенных рассказали, что в поисках юриста в первую очередь обратятся за советом к другу или члену семьи. Вдвое меньше воспользуются поисковой системой. Чуть меньше воспользуются рекомендацией другого юриста. Позвонить по рекламному объявлению готовы только 6% опрошенных.

Определенные особенности есть у молодых клиентов. Так, 19% из них хотят общаться с юристом по электронной почте или в мессенджерах, 30% хотят иметь общий доступ к юридическим документам через облачный сервис, 18% готовы платить за услуги онлайн, а 24% хотели бы использовать кредитку.

Юрист в россии больше чем юрист

&nbspЮрист в России больше, чем юрист

Кое-кто до сих пор почему-то считает, что Россия — страна напуганных обывателей, бессильных перед произволом чиновников и налоговых полицейских. Оказывается, ничего подобного. Статистика свидетельствует о том, что часто простые граждане и юридические лица выигрывают дела у налоговых и других страшных государственных органов. И это в немалой степени заслуга юристов. Рынок юридических услуг в нашей стране только начинает формироваться, спрос на них невелик, основные игроки неизвестны широким слоям предпринимателей. Поэтому имеет смысл подробнее рассказать о действующих на рынке компаниях и о том, чем они отличаются друг от друга.

Коллеги и конкуренты
Фирмы, оказывающие в России юридические услуги по защите бизнеса, можно условно разделить на две категории — крупные и мелкие. Практически все крупные фирмы — это представительства западных компаний. Российские компании, как правило, держат небольшие конторы. По тому же принципу можно разделить и их клиентов.
И западные, и российские фирмы имеют конкурентов в лице юридических отделов аудиторских фирм (также западных и российских). До сих пор идут споры о том, правильно ли вообще, что аудиторские фирмы оказывают своим клиентам еще и юридические услуги? Интересы юристов и аудиторов естественным образом пересекаются в таких сферах, как, например, налоговое планирование. Однако крупные аудиторские фирмы как на Западе, так и в России — приверженцы «идеологии супермаркета»: они предлагают клиентам и аудит, и бухучет, и управленческий консалтинг, и информационные технологии. И, конечно, услуги юристов. Олег Корнышев, директор юридического департамента аудиторский фирмы «Русаудит», назвал это «правилом одной тропинки».
Однако специализированные юридические фирмы скептически относятся к вторжению аудиторов в свою епархию. Многие юристы считают, что в большой аудиторской компании мало высококвалифицированных юристов (обычно партнеры в них — аудиторы или консультанты) и поэтому нет должного контроля за качеством работы.
Олег Бергер, специальный советник фирмы LeBoeuf Lamb Greene & MacRae: Аудиторы для нас не конкуренты. Они никогда не добьются того качества, как в солидной юридической фирме. Вот вы зайдите к нам: у нас даже пахнет законом! Видимо, это намек на то, что в аудиторской фирме «пахнет бухгалтерией». Таким образом, юристы противопоставляют аудиторской «идее супермаркета» собственную «идею бутика».
Такое же мнение и у международного партнера компании Baker & McKenzie Макса Гутброда: «Большая пятерка» сильна числом сотрудников, но не числом клиентов. Однако, как бы то ни было, надо признать, что на российском рынке весомую роль играет, например, юридическое подразделение аудиторской компании PriceWaterhouseCoopers.
Для российских юристов эти споры пока не актуальны. Как ни странно, но из представителей российских фирм мало кто смог назвать своих конкурентов. Как правило, они не знают их ни в лицо, ни по имени. Между тем на прошедшей в июне в Экспоцентре выставке юридических услуг можно было насчитать около 40 российских фирм и адвокатских контор, оказывающих услуги в области хозяйственного права. И даже если конкуренты не знают друг друга в лицо, они уже чувствуют, что им дышат в затылок. Олег Корнышев: Последние два года привлекать клиентов стало сложнее, чаще приходится предоставлять скидки.
Гораздо более болезненный вопрос для российских юристов — конкуренция с иностранными фирмами. С одной стороны, они признают достоинства крупных западных компаний, с другой — уверяют, что могут справиться с аналогичной работой не хуже, а то и лучше. Наум Сонькин, председатель «Профессиональной корпорации ‘Юстиция'»: Если говорить о западной правовой культуре и правовой технике, нам, конечно, надо еще к этому привыкнуть. Но, с другой стороны, юриста, получившего образование на Западе, опыт и практику, трудно переучить на новые правовые подходы. Он не представляет себе ни нашего законодательства, ни нашей правовой культуры, вернее, отсутствия таковой. Поэтому в России размер фирмы не определяет ее значения. Его определяют весомые клиенты.
Справедливости ради надо отметить, что западные юристы и не пытаются принизить значение российского опыта и практики. И любят подчеркивать, что в их офисах трудятся русские специалисты — члены адвокатских коллегий. Более того, во многих иностранных фирмах есть русские партнеры.
В то же время иностранцы отмечают наличие «определенной конкуренции» с российскими юристами в области регистрации компаний, защиты товарных знаков и ведения судебных дел. При этом иностранные юридические фирмы охотно привлекают российских адвокатов для защиты своих клиентов, поскольку именно среди них есть признанные специалисты по арбитражным делам. Дело в том, что специфика подхода западных юристов состоит не столько в том, чтобы отстоять интересы клиента в судебных баталиях, сколько в том, чтобы предупредить любые потенциальные конфликты. Олег Бергер: Российские юристы для нас не столько конкуренты, сколько коллеги.

Во что обходится прокат юриста
Одним из козырей иностранных компаний считаются высокие требования к профессиональной компетенции сотрудников. Сотрудники выдерживают серьезный конкурс резюме, престижных дипломов; от них требуется владение одним или несколькими иностранными языками. Но и российским юристам есть чем похвастать в области подбора кадров. К примеру, в конторе адвоката Павла Астахова, члена Московской гильдии адвокатов, трудится помощником бывшая замминистра лесной промышленности по экономике. Для нашего адвоката главный козырь — доброе имя и хорошие связи.
Впрочем, еще одно несомненное преимущество наших юристов — их услуги значительно дешевле, чем у западных компаний (в среднем от $50 до $100 в час), хотя в юридических конторах, имеющих высокую репутацию, почасовая оплата может доходить и до $200. Правда, почасовые ставки весьма условны, это скорее ориентир. Дело в том, что российский клиент пока еще не привык нанимать юриста и хочет заранее знать, сколько это будет стоить: он боится, что не сможет оплатить счет. Поэтому приходится назначать фиксированный гонорар. Здесь можно крупно просчитаться — если дело окажется сложнее, чем выглядело вначале, юристу придется часть работы сделать бесплатно. Поэтому часто юрист берет предоплату, а кроме того, договаривается о гонораре, причитающемся ему в случае успешного завершения дела.
Хотя гонорары российских юристов несоизмеримы с гонорарами их западных коллег, они вполне способны делать успешный бизнес. Ведь все, что требуется для функционирования обычной адвокатской конторы,— это один-два партнера, пара помощников, бухгалтер и кассир.
Кстати, такая простота нередко привлекает в юридический бизнес людей не вполне добросовестных, а иногда и просто мошенников. Дело в том, что обычно юридические фирмы в России открываются в форме некоммерческого партнерства. Это особая организационно-правовая форма, имеющая ряд льгот по различным видам налогов и по формам отчетности. А самое главное то, что в России до сих пор нет лицензирования юридических услуг, поэтому юридической деятельностью может заниматься даже бывший зек, знакомый лишь со своей статьей уголовного кодекса. Единственное, на что может с некоторыми оговорками ориентироваться клиент,— членство юриста в той или иной адвокатской коллегии.

На что есть спрос
Потребность на услуги юристов — вещь непостоянная, зависящая от состояния рынка. В наименьшей степени это касается иностранных компаний, работающих с крупными проектами, которые в нашей стране однотипны: выпуск акций, привлечение капитала, размещение ценных бумаг российских компаний за рубежом. Кроме того, крупные доходы приносят сделки по покупке или реорганизации больших предприятий.
Зато российские юристы чутко реагируют на капризы конъюнктуры. Сергей Ерохов, адвокат фирмы «Хавкин и партнеры», член гильдии российских адвокатов: После августовского кризиса и налоговая инспекция, и таможня принялись шерстить всех подряд по статьям 198 и 199-й — «уклонение от уплаты налогов». Поэтому сегодня роль адвокатов растет, и дел у нас будет все больше и больше.
А в аудиторской фирме «Русаудит», где, по словам Олега Корнышева, года два назад был «крен» в сторону вопросов налогообложения, теперь установилось равновесие между вопросами налогового и контрактного права (речь идет о взыскании долгов, спорах по акциям и проч.). Кроме того, в «Русаудите» накопился немалый опыт в области защиты интеллектуальной собственности — в свое время многие старые советские торговые марки были зарегистрированы «шустрыми ребятами» от бизнеса, а сегодня они превратились в серьезный капитал, о котором вспомнили старые владельцы.
Немалую долю в структуре услуг юридических фирм занимают вопросы, связанные со слиянием, присоединением, реорганизацией компаний, а также с их регистрацией и перерегистрацией — этим много занимаются и западные фирмы. Правда, здесь речь идет не о тех услугах, которыми пестрят объявления в СМИ (вроде «продам готовую компанию, обналичу кредит ЕБРР и отмою в BoNY»). Для высококвалифицированных юристов регистрация компаний — это аналитическая работа по обеспечению управления крупными корпорациями, разработке схемы внутреннего регулирования, правил поведения и т. д.

Много законов хороших и лишних
Любопытно: все опрошенные юристы сошлись на том, что правовая среда в России неплохо развита и позволяет успешно решать любые хозяйственные споры цивилизованным путем. Павел Астахов: У нас вполне прогрессивные законы. Другое дело, что есть недостатки в правоприменительной практике — в отличие, скажем, от США, где право носит прецедентный характер. Там для каждой юридической ситуации можно найти решение суда столетней давности.
Макс Гутброд тоже считает, что «правовая система в России работает лучше, чем многие говорят». Особенно по сравнению с бывшим соцблоком или странами третьего мира. Да и судебные решения исполняются здесь быстрее, чем, например, в Германии, где можно ожидать решения 10 лет. Есть недостатки в обеспечении прав мелких акционеров, но в остальном качество законов неплохое. Правда, считает Гутброд, их слишком много: «Зачем, например, столько инструкций ЦБ? Это только юристам выгодно: мы ведь читаем их за деньги».

Иностранные юридические фирмы, действующие на территории СНГ
Ниже приведена информация о западных юридических фирмах, предоставивших журналу «Деньги» информацию о себе.

Baker & McKenzie
Основана в 1949 году. Годовой оборот — более $800 млн. Число юристов в разных странах мира — более 2400. В 1989 году открыт офис в Москве, затем в Санкт-Петербурге, Киеве, Алма-Ате и Баку. В российских офисах работают семь партнеров (один из них российский) и 28 ассоциаторов. Основная специализация — вопросы слияний и поглощений компаний, интеллектуальной собственности, деятельность фармацевтических компаний. Среди клиентов — Ford Motor Co., United Distillers & Vintners, Credit Suisse First Boston.

Clifford Chance
Московский офис открыт в 1991 году, в нем работают 38 юристов. Около 70% сотрудников являются гражданами России и других стран СНГ. Оказывает услуги в области проектного финансирования, банковского дела, рынков капитала, корпоративного финансирования и т. д.

Coudert Brothers
Основана в 1853 году. Представительство в Москве открылось в 1988 году. На территории СНГ имеет еще два офиса — в Санкт-Петербурге и в Алма-Ате. В московском офисе работают два партнера и 16 юристов, из них 11 российских. Основная специализация — корпоративное право, нефть и газ, телекоммуникации. Ведут активную судебную и арбитражную практику, в том числе международный арбитраж.

Freshfields Deringer
Фирме 256 лет. Объединение двух бюро — Freshfields и Deringer — состоялось в феврале 1999 года. Имеет во всем мире 1300 юристов, включая партнеров. Московское представительство открылось в 1992 году, в нем работают три партнера, пять иностранных юристов и 14 российских (из них трое — члены коллегий адвокатов). Средняя ставка юриста в московском офисе — $250. Офисов в других странах СНГ нет. Основная специализация — слияния и приобретения компаний, совместные предприятия, финансирование проектов и внешней торговли, банковская деятельность. Репрезентативные клиенты — «Газпром», ЕБРР, Danone.

LeBoeuf, Lamb, Greene & MacRae
Основана в 1929 году. В компании работают около 750 юристов. Средние ставки: партнер — от $375, ассоциатор — $200. Офисы в России и СНГ: Москва, Алма-Ата, Ташкент, Бишкек. В московском офисе четыре партнера и 21 ассоциатор (из них 16 российских). Основная специализация — международные инвестиции, слияния и приобретения компаний, энергетика и полезные ископаемые. Среди клиентов — United Technologies, Sea Lunch Limited Partnership, Lloyds of London.

McGuire Woods Battle & Boothe
Основана в 1829 году. Имеет 12 офисов в США, офисы в Лондоне, Брюсселе, Москве, Алма-Ате и Астане. В московском работают 10 юристов (из них два партнера). Все сотрудники московского офиса, включая партнеров, являются гражданами России. Трое юристов — члены российских коллегий адвокатов. Приоритетные направления деятельности — обслуживание инвестиционных проектов, корпоративное и налоговое планирование, интеллектуальная собственность. Среди клиентов — Bank of America, Ford Motor Co., 20th Century Fox.
——————————————————-

Банкрот в законе
Если судить по статистике арбитражной практики, то можно сделать вывод о том, что уже в ближайшем будущем у юристов станет гораздо больше работы. Это хорошо не только для них, но и для их клиентов, да и для всего общества в целом. Ведь это означает, что проблемы в бизнесе все чаще будут решаться цивилизованным (правовым) способом.

В феврале нынешнего года председатель Высшего арбитражного суда РФ (ВАС) Вениамин Яковлев обнародовал арбитражную статистику по итогам 1998 года.
Оказывается, количество исковых заявлений, поступивших на разрешение арбитражных судов в 1998 году, по сравнению с предыдущим годом возросло на 17,3% и составило 493 581 против 420 609 (по сравнению с 1996 годом рост составил 25,2%).
Было отмечено, что за прошлый год значительно возросло число исковых заявлений по экономическим спорам, а также заявлений о признании должников несостоятельными (банкротами). Кроме того, гораздо чаще и шире стали применяться федеральные законы «Об исполнительном производстве» и «О судебных приставах».
Однако наибольшее количество арбитражных споров связано с неисполнением или ненадлежащим исполнением договорных обязательств. Среди таких споров преобладают споры по расчетам — 82,6%, что на 18,6% больше, чем в прошлом году. Высоким остается количество разрешенных споров по договорам купли-продажи (рост на 16,8%) и аренды (рост на 0,9%).
Почти вдвое увеличилось количество дел, связанных с использованием в имущественном обороте ценных бумаг. По информации из арбитражных судов, в основном это споры, касающиеся практики вексельного обращения.
Но особенно любопытна статистика, касающаяся споров с участием налоговых органов. Подавляющее большинство дел об административных правонарушениях составляют именно такие споры. Это следствие активизации налоговиков по сбору в бюджет обязательных платежей. Однако активность не всегда оборачивается в пользу налоговых органов, что опровергает расхожее мнение о том, что с налоговиками судиться бесполезно. В прошлом году налоговые органы предъявили 21 653 иска о взыскании с организаций и граждан-предпринимателей недоимок и санкций по налогам, что на 47,4% больше, чем в 1997 году. Иски были удовлетворены в 73,7% случаев, в бюджет взыскано 894 млн руб. недоимок и штрафов.
Налогоплательщики также выступали с исками к налоговым органам. В арбитражные суды поступило 7582 иска о признании решений налоговых органов недействительными. В 58,6% случаев эти требования были удовлетворены.
Как отмечалось в выступлении председателя ВАС, сейчас наиболее социально значимой категорией дел являются дела о несостоятельности (банкротстве). В 1996 году в арбитражные суды поступило 3740 заявлений о признании должников банкротами, в 1997 году — 5687, а в 1988 году их количество возросло до 12 781. Чаще всего с заявлениями о признании должников банкротами обращались налоговые органы — 30,6% от общего числа заявлений.
Нередки случаи признания банкротами крупнейших предприятий. В 1998 году такая участь постигла 151 градообразующее предприятие. Только в 3,4% случаев в результате реорганизации предприятий производство было прекращено в связи с восстановлением платежеспособности должника.
С одной стороны, приведенные цифры свидетельствуют о том, что у юристов, сопровождающих бизнес, прибавилось работы. С другой — что российский рынок становится все более цивилизованным. В самом деле: куда лучше, когда хозяйственные споры между партнерами по бизнесу решаются при помощи квалифицированных юристов в арбитражном суде, чем посредством стрельбы в подъезде.
———————————————————

Крупнейшие сделки юристов в России
Хотя крупнейшие западные юридические фирмы пришли на российский рынок совсем недавно, было бы ошибкой думать, что в прежние, советские годы им в России делать быть нечего. Джон Хьюз, международный партнер фирмы LeBoeuf, Lamb, Greene & MacRae, еще 30 лет тому назад активно работал в СССР, обеспечивая крупнейшие сделки между российскими заводами и западными поставщиками. Вершиной его работы стала фантастическая по тем временам сделка стоимостью в $1 млрд между КамАЗом и американской компанией MACK, поставлявшей на завод оборудование для производства грузовиков. На вопрос корреспондента «Денег» о том, сколько от этой суммы получили юристы, господин Хьюз скромно ответил: «Уже не помню».
Сегодня в портфеле LeBoeuf, Lamb, Greene & MacRae тоже имеется ряд крупных сделок. Например, фирма консультирует участников проекта «Каспийский трубопроводный консорциум» (КТК), стоимость которого не менее $1 млрд, а также проект Sea Lunch («Морской старт»), который потянет на пару миллиардов долларов.
Западные юридические компании участвуют в крупных инвестиционных проектах не только в России, но и в других странах СНГ. Так, McGuire Woods, представляя интересы правительства Казахстана, участвовала в заключении сделок, по которым объемы инвестиций в добычу нефти и газа в зависимости от разведанных запасов сырья могут составлять до $20 млрд.

Смотрите еще:

  • Вакансии в кемерово юрист Вакансии h Юристы, коллекторы, приставы в Кемерово и соседних городах Кемерово Юрист — от 15 000 р. Обязанности: ведение исполнительного производства,контроль за своевременным применением принудительных мер судебным приставом- […]
  • Как получить ходатайство Как написать ходатайство для получения квоты на РВП? Необходимо написать ходатайство от главы факультета в УФМС с целью выделения квоты на РВП иностранной студентке. Как оформить и есть ли шаблон для данного вида ходатайства? 18 […]
  • Консультация юриста в ханты-мансийске Консультация юриста в ханты-мансийске Ханты-Мансийск: услуги практикующих юристов (телефоны и адреса) Подробности Категория: Услуги частнопрактикующих юристов юрист услуги контакты КУЛЕБАКИН […]
  • Отзывы о независимой экспертизе после дтп Независимая экспертиза после ДТП Перейти на новый Общий форум Автор: Byrik [Москва] (---.telmos.ru) Дата: давно Господа, подскажите пожалуйста, стоит ли делать независимую экспертизу после ДТП (я - пострадавший), или положиться на […]
  • Расчет пенсии в мо рф Калькулятор военной пенсии с 1 января 2018 года по новой выслуге лет Расчет пенсии военнослужащих отличается от расчета пенсии обычных работников. Но благодаря калькулятору, приведенному ниже, вы сможете без проблем рассчитать свои […]
  • Общая теория собственности черкасов Черкасов Г.И. Общая теория собственности Скачивание файла Введите число с картинки: Поделись с друзьями! Комментарии Смотрите также Капелюшников Р.И. Экономическая теория прав собственности Капелюшников Р.И. Экономическая теория […]
  • Заявление от анны седых Обращения граждан Вы имеете право обратиться в судебный участок с запросом (предложение, заявление, жалоба), который будет зарегистрирован и рассмотрен в соответствии с порядком, установленным законодательством Российской […]
  • Заявление о продлении срока принятия наследства Исковое заявление о восстановлении срока для принятия наследства В семейном (гражданском) законодательстве определен срок, в течение которого наследники должны формально или фактически вступить в наследство. Этот срок составляет […]