Тайны сталинских преступлений

Тайная история сталинских преступлений. А.Орлов. Слушать онлайн

Автор уникальной книги «Тайная история сталинских преступлений» — Л.Никольский, А.Берг, В.Годин, «Швед» – это все имена которые в разные времена носил один человек: Лев Лазаревич Фельбин (1895-1873).

Однако как в советской, так и международной разведках его официально называли Александром Орловым. Именно под этим именем он и вошел в исторические аналоги спецслужб, где его и сегодня считают не только талантливым теоретиком и практиком в разведывательной работе, но и одним из самых разносторонних, сильных и продуктивных советских разведчиков.

В 1952 году в журнале «Лайф» Орловым были опубликованы серии статей, ставших впоследствии книгой «Тайная история сталинских преступлений». Позже эту книгу перевели на многие языки мира, и на русский в том числе. Сведения из этой книги широко использовали российские историки и писатели ещё до её издания в СССР, в 1991 году.

В 1973 году, после внезапной кончины Александра Орлова, федеральным судьёй были опечатаны и отправлены в архив все его многочисленные документы, а так же и рукописи воспоминаний, где он указал до 1999 года не предавать их гласности.

Автором данной книге отмечено:
«Моя главная и единственная задача – предать гласности тайные истории преступлений, которые совершил Сталин, и таким образом, будут восстановлены те недостающие звенья, без которых те трагические события, которые произошли в СССР, приобрели бы характер неразрешимых загадок»

Слушать онлайн аудиокнигу. Александр Орлов — «Тайная история сталинских преступлений»
Часть 1

Слушать онлайн аудиокнигу. Александр Орлов — «Тайная история сталинских преступлений»
Часть 2

Посетите и поделитесь Вашими мыслями на форуме

Понравилось?
Подпишитесь на обновление через Е-Майл:
и Вы будете получать самые актуальные статьи
в момент их публикации.

Сотрудник советских органов госбезопасности. Майор госбезопасности (1935). Студент юрфака Московского университета. С 1916 г. в армии.

Член партии социал-демократов-интернационалистов, затем РКП(б). В 1918-1919 гг. — сотрудник Высшего финансового совета. Участник Гражданской войны на юге России. В 1920 г. в Особом отделе 12-й армии. Начальник Секретно-оперативной части Архангельской ЧК.

В 1921-1924 гг. — следователь Верховного трибунала при ВЦИК и помощник прокурора Уголовно-кассационной коллегии Верховного суда. С 1924 г. — сотрудник Экономического управления ОГПУ и начальник погранохраны Сухумского гарнизона. С 1926 г. — в ИНО ОГПУ.

В 1926-1930 гг. — во Франции. В 1930-1933 гг. — в центральном аппарате ИНО в Москве. В 1931 г. в рамках освоения советской разведкой новых сфер деятельности Орлов и Слуцкий получили от шведского спичечного короля Ивара Крюгера $300 тыс. отступного для советского правительства, шантажируя его поставками дешевых спичек из СССР на Запад.
В 1933-1937 гг. — нелегальный резидент ИНО во Франции, Австрии, Италии. В 1937-1938 гг. — резидент НКВД и советник республиканского правительства по безопасности в Испании.

В июле 1938 г. нарком внутренних дел Ежов приказал и Орлову прибыть в Москву. Поняв, что его ждет расправа, Орлов бежал в США. Здесь он издал книгу «Тайная история сталинских преступлений»(1953 г.) в которой довольно подробно рассказывает о известных ему преступлениях Сталина, печатал в журнале Life статьи, в одной из которых («Сенсационный секрет проклятого Сталина») показал службу Иосифа Виссарионовича в царской охранке и его весьма успешные побеги под прикрытием охранки из сибирской ссылки.

ТАЙНАЯ ИСТОРИЯ СТАЛИНСКИХ ПРЕСТУПЛЕНИЙ

Орлов А. Тайная история сталинских преступлений. М.: Всемирное слово, 1991. 352 страниц.

ОГЛАВЛЕНИЕ

Неразгаданная тайна Орлова

Лев Никольский, Александр Берг, Вильям Годин, «Швед» — все это псевдонимы одного человека: Льва Лазаревича Фельбина ((1895-1873). Но в кругах советской и международной разведки он официально фигурировал как Александр Орлов. Под этим именем он и вошел в историю спецслужб, где его до сих пор считают не только выдающимся теоретиком и практиком разведывательной работы, но и самым разносторонним, сильным и продуктивным советским разведчиком. Лев Фельбин родился в Бобруйске, в ортодоксальной еврейской семье торговца лесом. Доходы отца были невелики, но мальчик получил неплохое образование. С детства он мечтал стать кавалеристом. Конечно, в условиях царской России это было нереально. Родители хотели видеть сына адвокатом, и он согласился. Но тут началась война, и учебу пришлось прервать. Льва призвали в армию и вскоре направили в военное училище. Октябрьскую революцию прапорщик Фельбин встретил с восторгом. Он вступил в партию большевиков и принял активное участие в гражданской войне. Потом попал в особый отдел 12-й армии, где его, умного, способного, физически хорошо развитого, заметили и вскоре назначили начальником контрразведки. На молодого человека обратил внимание и Дзержинский, который пригласил Фельбина на службу в ЧК. Нового сотрудника направили в Архангельск, в погранвойска. Здесь он познакомился с прелестной девушкой Марией Рожнецкой, которая стала не только его женой, но и другом, помощником на всю жизнь. Вскоре Фельбина-Орлова перевели в Москву. Работая в центральном аппарате, он осуществил мечту своих родителей — закончил юрфак МГУ, после чего получил назначение на пост командующего погранвойсками Закавказья. Здесь, кстати, он был представлен Сталину и Берии. Уже через год Орлова забирают в ИНО (иностранный отдел) ОГПУ. Он становится кадровым разведчиком-нелегалом. Главная задача, которую поставило руководство перед резидентом, — создание разветвленной, хорошо законспирированной разведывательной сети в ряде европейских стран. Так в Германии появилась созданная Орловым легендарная «Красная капелла», которая в течение длительного времени снабжала СССР ценнейшей информацией, позволившей максимально приблизить победу над фашизмом. Разведывательную сеть, располагавшую связями в высших кругах британского общества, Орлов внедрил и в Англии. В течение тридцати лет в СССР отсюда поступали сведения, какими не располагали даже союзники Великобритании. По слухам, учитывая такие успехи, Льва Лазаревича хотели назначить руководителем ИНО, но тут вмешалась. любовь. Одна из сотрудниц НКВД влюбилась в Орлова и стала его преследовать. Когда он отверг все притязания женщины, в том числе и требование оставить семью, она покончила с собой. Чтобы замять дело, Орлова направили в Испанию. В 1936 году он становится резидентом советской разведки, руководит партизанским движением в тылу мятежников, по приказу из Москвы ищет и уничтожает троцкистов. Выполняя личное указание Сталина, Орлов организовал отправку в СССР испанского золотого запаса, за что был награжден орденом Ленина. Между тем, с родины приходили все более и более тревожные вести. Раскрутившийся маховик репрессий перебросился и на чекистов: одних расстреливали по скоротечным приговорам, другие погибали при странных обстоятельствах, третьи просто исчезали. В мае 1938-го, в Антверпене, Орлову приказали явиться на борт советского судна, где вроде бы должно было проводиться ответственное совещание. Разведчик понял, что это ловушка. Он подтвердил Москве свое согласие, а сам, забрав жену и дочь, через Францию и Канаду выехал в США. Затем переправил Сталину и Ежову два одинаковых письма. В них он предупреждал, что провалит агентуру многих стран, если семью или родственников, оставшихся в СССР, будут преследовать. Сталин распорядился оставить родственников мятежного резидента в покое. Однако решение это держалось в секрете. В том числе и от Орлова, семья которого меняла в США города и квартиры, опасаясь агентов НКВД. Злой рок преследовал разведчика со всех сторон. В 1940-м умерла его единственная и горячо любимая дочь Вера. Спустя еще какое-то время ушли из жизни его мать и теща. Больше опасаться было, очевидно, не за кого. И тогда Орлов пишет книгу, разоблачающую преступления Сталина. Первые публикации отрывков из этой книги в журнале «Лайф» были подобны взрыву. «Взрывная волна» докатилась и до директора ФБР Гувера. Дело Орлова назначается к слушанию в комиссии по безопасности. Но подследственный был во всеоружии: за 15 лет жизни в США легенда, которую тщательно продумал для себя Орлов, оказалась неуязвимой. На допросах Александр вел себя спокойно и уверенно. Не скрывая того, что скрыть было нельзя, он ничего конкретного не говорил о советских разведчиках. В доказательство того, что не преследовал троцкистов, привел выдержки из письма, которым лично предупреждал Троцкого о готовящемся на него покушении. Но Троцкий не поверил, и это стоило ему жизни. Рассказал Орлов и о том, как было вывезено испанское золото, как по указанию Сталина было начато печатание фальшивых американских долларов, но вскоре от этой затеи почему-то отказались. После сенатских слушаний Орловых, наконец, оставили в покое. Больше они не скрывались. Кроме преподавательской деятельности в Мичиганском университете, он написал и опубликовал вторую книгу — «Руководство по разведке и партизанской войне». Но в один прекрасный день он встретился с посланцем КГБ, который предложил бывшему разведчику вернуться в Москву. Орлову посулили солидную генеральскую пенсию, квартиру в центре, почет и уважение. При этом посланец подчеркнул, что Центр никогда предателем его не считал, что его заслуги перед советской разведкой оцениваются очень высоко. Можно лишь гадать, насколько искренним был представитель Москвы. Но Орловы отказались, сославшись на возраст и нежелание покидать могилу дочери. В 1971 году от сердечного приступа умирает Мария, через два года — Лев. Ныне все документы Орлова хранятся в Национальном архиве США. Есть они и в архиве КГБ-ФСБ. Но многое остается засекреченным, а то, что «просачивается», — зачастую преднамеренно искажается. Одни считают Александра Орлова верным рыцарем революции, другие — разведчиком-профессионалом экстра-класса. Кем считал себя он сам, мы вряд ли узнаем.

Подготовил Игорь МАНЕВИЧ

ПРЕДИСЛОВИЕ

Я не принадлежу к какой бы то ни было политической партии или группе. В этой книге я не преследую никаких политических или узкопартийных целей. Моя единственная задача — предать гласности тайную историю преступлений, совершённых Сталиным, и таким образом восстановить те недостающие звенья, без которых трагические события, произошедшие в СССР, приобретают характер неразрешимой загадки.

Вплоть до 12 июля 1938 года я был членом Всесоюзной коммунистической партии, и советское правительство последовательно доверяло мне ряд ответственных постов. Я принимал активное участие в гражданской войне, сражался в рядах Красной армии на Юго-восточном фронте, где командовал партизанскими отрядами, действовавшими в тылу врага, и отвечал также за контрразведку.

Когда гражданская война кончилась, ЦК партии назначил меня помощником прокурора в Верховный суд. Здесь я принимал участие, между прочим, в разработке первого советского уголовного кодекса.

В 1924 году я был назначен заместителем председателя Экономического управления ОГПУ (в дальнейшем получившего наименование НКВД). На меня были возложены государственный надзор за реконструкцией советской промышленности и борьба со взяточничеством. Затем меня перебросили в Закавказье, в погранвойска, и я начал командовать подразделением, которое несло охрану границы с Ираном и Турцией.

В 1926 году меня назначили начальником экономического отдела Иностранного управления ОГПУ. и уполномоченным госконтроля, отвечавшим за внешнюю торговлю.

1936 год ознаменовался началом гражданской войны в Испании. Политбюро направило меня туда — советником республиканского правительства — для организации контрразведки и партизанской войны в тылу противника. В Испанию я прибыл в сентябре 1936 года и оставался гам до 12 июля 1938 года — дня, когда я порвал со сталинским режимом.

На тех должностях, что я занимал в ОГПУ-НКВД, мне удалось собрать, а затем и вывезти из СССР совершенно секретные сведения: о преступлениях Сталина, совершённых им, чтобы удержать в своих руках власть, о процессах, организованных им против вождей Октябрьской революции, и о его отношениях с людьми, чью гибель он подготовил.

Я записывал указания, устно даваемые Сталиным руководителям НКВД на кремлёвских совещаниях; его указания следователям, как сломить сопротивление сподвижников Ленина и вырвать у них ложные признания; личные переговоры Сталина с некоторыми из его жертв и слова, произнесённые этими обречёнными в стенах Лубянки. Эти тщательно скрываемые секретные материалы я получал от самих следователей НКВД, многие из которых находились у меня в подчинении. Среди них был мой бывший заместитель Миронов (в дальнейшем — начальник Экономического управления НКВД, ставший одним из главных орудий Сталина при подготовке так называемых московских процессов) и Борис Берман, заместитель начальника Иностранного управления НКВД.

В своих преступлениях Сталин не мог обойтись без надёжных помощников из НКВД. По мере того как рос список его злодеяний, увеличивалось и число соучастников. Опасаясь за свою репутацию в глазах мира, Сталин решил в 1937 году уничтожить всех доверенных лиц, чтобы никто из них не смог выступить в будущем свидетелем обвинения. Весной 1937 года были расстреляны без суда и следствия почти все руководители НКВД и все следователи, которые по его прямому указанию вырывали ложные признания у основателей большевистской партии и вождей Октябрьской революции. За ними последовали в небытиё тысячи энкаведистов — те, что по своему положению в НКВД могли в той или иной степени располагать секретной информацией о сталинских преступлениях.

Будучи в Испании, я узнал об аресте Ягоды, наркома внутренних дел. Там же до меня дошли известия об уничтожении всех моих бывших друзей и коллег, и, казалось, вот-вот наступит моя очередь. Тем не менее, я не мог открыто порвать со сталинским режимом. В Москве у меня оставалась мать, которая; согласно варварским сталинским законам, рассматривалась властями как заложница и которой угрожала смертная казнь в случае моего отказа вернуться в СССР. Точно в таком же положении была и мать моей жены.

На фронтах Испании, особенно, когда я выезжал во фронтовую зону при подготовке наступления республиканских войск, я часто оказывался под сильной вражеской бомбежкой. В эти минуты я не раз ловил себя на мысли, что, если меня убьют при исполнении служебных обязанностей, угроза, нависшая над моей семьёй и нашими близкими, оставшимися в Москве, сразу рассеется. Такая судьба казалась мне более привлекательной, чем открытый разрыв с Москвой.

Но это было проявлением малодушия. Я продолжал свою работу среди испанцев, восхищавших меня своим мужеством, и мечтал о том, что, быть может, Сталин падёт от руки одного из своих сообщников или что ужас кошмарных московских «чисток» минует как-нибудь сам собой.

В августе 1937 года я получил телеграмму от Слуцкого, начальника Иностранного управления НКВД. В ней сообщалось, что секретные службы Франко и гитлеровской Германии разработали планы моего похищения из Испании, чтобы выпытать у меня сведения о размерах помощи, оказываемой испанцам Советским Союзом.

Слуцкий сообщал также, что НКВД собирается прислать мне личную охрану из двенадцати, человек, которая отвечала бы за мою безопасность и сопровождала меня во всех поездках. Мне тотчас пришло в голову, что в первую очередь этой «личной охране» будет поручено ликвидировать меня самого. Я телеграфировал Слуцкому, что в личной охране не нуждаюсь, поскольку мой штаб круглосуточно охраняется испанской «гражданской гвардией», а за его пределами во всех поездках меня сопровождают вооружённые агенты испанской тайной полиции. Это, кстати; соответствовало действительности.

Советская личная охрана так и не была прислана, однако этот случай меня насторожил. Я начал подозревать, что Ежов, новый нарком внутренних дел, по-видимому, приказал своим секретным «подвижным группам» убить меня здесь же, в Испании. Предвидя такой оборот, я послал во фронтовую зону одного из своих помощников с заданием отобрать из немецкой интербригады и доставить ко мне десяток преданных коммунистов, накопивших достаточный боевой опыт. Эти люди стали моими постоянными спутниками. Вооружённые автоматами и связками ручных гранат, подвешенными к поясу, они неотлучно сопровождали меня.

В октябре 1937 года в Испанию прибыл Шпигельгляс, заместитель Слуцкого. Не кто иной, как он, за три месяца до этого организовал в Швейцарии убийство Игнатия Рейсса — резидента НКВД, отказавшегося вернуться в Москву. Шпигельгляс, у которого жена и дочь оставались в Советском Союзе, фактически в роли заложников, не был уверен в своей собственной участи и, вероятно, сам подумывал, как выйти из игры. Но это отнюдь не делало его менее опасным. У него не было в Испании никаких явных дел, и его приезд только укрепил мои подозрения, особенно когда я узнал, что он встречался в Мадриде с неким Володиным, который, как выяснилось, был прислан в Испанию Ежовым в качестве руководителя террористической «подвижной группы».

Шпигельглясу и Володину приходилось считаться с тем, что меня защищала моя собственная охрана, так что в случае покушения может возникнуть перестрелка с серьёзными потерями для обеих сторон, к чему ни тот, ни другой не привыкли. Мне пришло в голову, не приказала ли Москва Володину похитить мою четырнадцатилетнюю дочь и затем шантажировать меня, вынуждая вернуться в СССР. Мои мрачные подозрения настолько обострились, что я отправился в загородный дом, где жили жена с дочерью, посадил их в машину и отвёз во Францию. Там, недалеко от испанской границы, мной была снята для них небольшая вилла. С ними я оставил надёжного телохранителя из испанской тайной полиции, который заодно исполнял и обязанности шофера. Сам я вернулся к своей работе в Барселоне.

Я выжидал, откладывая свой разрыв с Москвой, поскольку сознавал, что, действуя таким образом, продлеваю жизнь моей матери и тещи.

Меня всё ещё не оставляла наивная надежда, что возможны какие-то перемены, что в Москве случится что-то такое, что положит конец кошмару бесконечного террора.

Наконец, Москва сама решила за меня. 9 июля 1938 года я получил телеграмму Ежова — в то время второго человека в стране после Сталина. Мне предписывалось выехать в Бельгию, в Антверпен, и 14 июля подняться на борт стоявшего там советского судна «Свирь» для совещания с «товарищем, известным вам лично». При этом давалось понять, что прибыть туда я должен в машине нашего парижского посольства, в сопровождении Бирюкова, советского генерального консула во Франции, который «может пригодиться в качестве посредника в связи с предстоящим важным заданием».

Телеграмма была длинной и мудрёной. Ежов и те, кто перешли вместе с ним из аппарата ЦК в НКВД, были куда менее опытны, чем прежние энкаведистские главари, ныне ликвидированные. Эти люди так старались усыпить мои подозрения и делали это так неуклюже, что, сами того не желая, выдали своё тайное намерение. Было ясно, что «Свирь» станет моей плавучей тюрьмой. Я телеграфировал ответ: «Прибуду в Антверпен в назначенный день».

12 июля мои коллеги собрались перед нашим особняком в Барселоне, чтобы попрощаться со мной. Я чувствовал: они понимают, что меня ждёт западня, и уверены, что я в неё попадусь.

Часа через два я был на французской границе. Попрощался с охраной и с агентом испанской тайной полиции, который привык повсюду сопровождать меня. Отсюда мой водитель — испанец доставил меня в гостиницу в Перпиньяне, где ждали жена и дочь. Мы сели в ночной экспресс и утром 13 июля прибыли в Париж. Я чувствовал себя так, словно сошел с тонущего корабля, — неожиданно, без заранее подготовленного плана, без надежды спастись.

Я знал, что НКВД располагает во Франции густой агентурной сетью, и в течение сорока восьми часов агенты Ежова нападут на мой след. Значит, из Франции следовало выбираться как можно скорее.

Единственным безопасным пристанищем представлялась мне Америка. Я позвонил в американское посольство и попросил посла, Вильяма Буллита. Был как раз канун французского национального праздника — дня взятия Бастилии, и мне ответили, что посла нет в городе. Тогда, по совету жены, мы направились в представительство Канады. Здесь я предъявил наши дипломатические паспорта и попросил канадские визы под тем предлогом, что хотел бы отправить семью в Квебек — провести там летний отпуск.

СССР не имел с Канадой дипломатических отношений, так что можно было опасаться, что представительство откажет в просьбе. Но глава представительства, оказавшийся бывшим комиссаром Канады по делам иммиграции, отнёсся к нам сочувственно. Он любезно вручил мне письмо от своего имени к иммиграционным властям в Квебеке и попросил оказать мне помощь.

Одновременно с нами в здании представительства оказался и канадский пастор, каким-то образом связанный с трансатлантическим судоходством. Он сообщил, что канадский теплоход «Монклэр» как раз сегодня отправляется из Шербура, и ещё осталось несколько свободных кают. Я бросился в билетное агентство, жена побежала в гостиницу, где оставалась дочь. Все трое мы едва успели на вокзал к отходу поезда. Но спустя несколько часов благополучно поднялись на борт теплохода, а ещё через час с небольшим — покинули Европу.

Моя дочь пускалась в это путешествие с лёгким сердцем. Она всё ещё оставалась в блаженном неведении относительно того, что произошло. Жена и я не знали, как объяснить ей, что она никогда больше не увидит своих подруг, обеих своих бабушек, родину.

Начиная с 1926 года моя работа заставляла меня большую часть времени жить за границей, и любовь моей дочери к России и родному народу ничем не была омрачена. Из-за её болезни — она страдала суставным ревматизмом — у неё было мало возможностей наблюдать реальную жизнь и о страданиях своих соотечественников, не говоря уж о жестокостях сталинского режима, она вовсе ничего не знала. Мы с женой никогда не стремились развеять её иллюзии. Ей были свойственны глубокое отвращение к малейшей жестокости и бесконечное сочувствие любому человеческому страданию; Понимая, что из-за болезни её жизнь может быть слишком коротка, мы старались утаить от неё правду — это относилось и к сталинской тирании, и вообще к несчастной доле русского народа.

Трудно было объяснить ей, что произошло с нашей семьёй. Но она поняла. Она слушала нас, обливаясь слезами. Мир, который она знала, оказался выдуманным, её иллюзии — разлетелись в пух и прах. Она знала, что её отец и мать отстаивали дело революции в гражданскую войну. Теперь ей было больно за нас. В один день она выросла и стала взрослой.

Сразу по прибытии в Канаду я написал большое письмо Сталину и копию его отправил Ежову. В нём я сказал Сталину, который лично знал меня ещё с 1924 года, что я думаю о его режиме. Но главный смысл письма был в другом. Я ставил своей целью спасти жизнь наших матерей. Умолять Сталина сохранить им жизнь, взывать к его милосердию было бесполезно. Я выбрал другой путь, более подходящий, когда речь идёт о Сталине. Со всей доступной мне решительностью я предупредил его, что если он посмеет выместить зло на наших матерях, я опубликую всё, что мне известно о нём .Чтобы показать, что это не пустая угроза, я составил и приложил к письму перечень его преступлений.

Кроме того, я предостерёг его: если даже я буду убит его агентурой, историю его преступлений немедленно опубликует мой адвокат. Хорошо зная Сталина, я был уверен, что он примет мои предупреждения всерьёз.

Я вступил в игру, опасную для себя и нашей семьи. Но я был убеждён, что Сталин отложит свою месть до тех пор, пока не достигнет наверняка поставленной им цели: похитить меня и заставить отдать мои тайные записки. Он постарается, конечно, в полной мере удовлетворить свою жажду мести, — но только после того, как убедится, что его преступления останутся нераскрытыми.

13 августа 1938 года, ровно через месяц после исчезновения из Испании, я прибыл в Соединённые Штаты с дипломатической визой, выданной мне главой американского представительства в Оттаве.

По прибытии в США мы с моим адвокатом сразу же направились в Вашингтон. Здесь я сделал заявление комиссару по делам иммиграции о том, что порываю с правительством своей страны и прошу политического убежища.

Охота за мной началась тотчас же и продолжалась четырнадцать лет. В этом противоборстве на стороне Сталина были колоссальное политическое могущество и полчища тайных агентов. На моей стороне — только моё умение предвидеть и опознавать их уловки, да ещё самоотверженность и храбрость моих близких — жены и дочери.

Все эти годы мы избегали писать нашим матерям и даже нашим друзьям в СССР, не желая подвергать их жизнь опасности. Никаких известий об их судьбе мы не имели.

В начале 1953 года мы с женой решили, что матерей наших уже нет в живых и можно рискнуть опубликовать эту книгу. В феврале я начал переговоры о публикации некоторых разделов с одним из редакторов журнала «Лайф». Переговоры ещё шли, когда умер Сталин. Я был страшно разочарован, что он не протянул ещё немного, — тогда бы он увидел разошедшуюся по всему миру тайную историю своих преступлений и убедился, что все его старания утаить их оказались тщетными.

Смерть Сталина не означала, что я мог больше не опасаться за свою жизнь. Кремль по-прежнему ревниво оберегает свои тайны и сделает всё, что в его власти, чтобы разделаться со мной, — хотя бы в назидание тем, кто испытывает соблазн последовать моему примеру.

Тайная история сталинских преступлений (fb2)

Тайная история сталинских преступлений 1259K, 365с. (читать) (читать постранично) (скачать fb2)
издано в 1991 г. (post) (иллюстрации)

Добавлена: 18.02.2013 Версия: 1.2.
ISBN: 5-86442-001-8 Кодировка файла: utf-8
Издательство: Всемирное слово Город: Москва

(Fb2-info) (ссылка для форума) (ссылка для блога) (QR-код книги)

[url=https://coollib.com/b/233637]
[b]Тайная история сталинских преступлений (fb2)[/b]
[img]https://coollib.com/i/37/233637/cover.jpg[/img][/url]

QR-код книги

Воспоминания и политический анализ событий 1930-х годов, принадлежащие бывшему генералу ОГПУ-НКВД А. Орлову, советскому резиденту в Испании. После побега в 1938 году на Запад скрывался пятнадцать лет в США и написал одну из самых потрясающих книг о злодеяниях Сталина в эпоху большого террора.

Издательство «Всемирное слово». Москва. 1991.

(Custom-info)

Лингвистический анализ текста:
Приблизительно страниц: 365 страниц — намного выше среднего (233)
Средняя длина предложения: 123.44 знаков — немного выше среднего (86)
Активный словарный запас: близко к среднему 1566.49 уникальных слова на 3000 слов текста
Доля диалогов в тексте: 4.93% — очень мало (25%)
Подробный анализ текста >>

Великий мистификатор из НКВД

В Испании вышло исследование историка Бориса Володарского El caso Orlov («Дело Орлова. Советская разведка и гражданская война в Испании»). Одна из центральных фигур – сотрудник НКВД Александр Орлов, который в 1938 году стал невозвращенцем и написал разоблачительную книгу «Тайная история сталинских преступлений», ставшую международным бестселлером и переведенную на многие языки, в том числе (через 40 лет) на русский. Многие историки убеждены в том, что Орлов был выдающимся разведчиком, знавшим немало тайн. Борис Володарский, изучивший документы из архивов спецслужб нескольких стран, пришел к выводу, что это всего лишь миф.

– Когда я начал работать над материалами по Орлову, я прочитал и «Роковые иллюзии» Костелло и Царева, и книгу бывшего специального агента ФБР Эдуарда Гацура, куратора Орлова, и мемуары самого Орлова, которые были опубликованы через 30 лет после его смерти. Потом мне очень повезло. Я смог выйти на центр документации ЦРУ в Вашингтоне и получил копии всех связанных с Орловым деклассифицированных документов, которые находились в архивах КГБ, ЦРУ, ФБР и французской контрразведки DST. Впоследствии, в 2005–2006 годах был деклассифицирован файл Орлова британской службы безопасности МИ-5, и я тоже смог с ним ознакомиться. Министерство иностранных дел Коста-Рики впервые в истории предоставило мне архив, который посвящен известному советскому нелегалу Иосифу Григулевичу, который был послом Коста-Рики в Италии и Югославии, а в Испании – помощником и переводчиком Орлова, участником нескольких его операций. Огромный объем документов из архивов 15 стран я получил в процессе работы над этой книгой. Совместно с известным испанским ученым, ведущим специалистом по гражданской войне Анхелем Виньясом, автором многих блестящих книг о гражданской войне в Испании, мы начали работать над испанской темой этой части исследования. И по его просьбе я поднял большое количество испанских документов, испанских архивов и книг, опубликованных в Испании в течение последних 70 лет, связанных с гражданской войной. Это позволило расширить испанскую часть до 300-350 страниц. После этого я был приглашен в Лондонскую школу экономики и политических наук профессором Полом Престоном, он предложил мне сделать докторскую диссертацию о роли советских спецслужб в гражданской войне Испании. Я за полтора года смог подготовить сначала кандидатскую, а потом и докторскую, которую успешно защитил в 2010 году. Вот это и было основой книги.

– Испанская история – это только часть большого исследования. Что вас привлекает в судьбе Орлова и выйдет ли его биография полностью?

писал мемуары, которые вышли в 1953 году в издательстве Random House под названием «Секретная история сталинских преступлений» и сразу стали сенсацией. Сначала он предложил свою рукопись журналу Life. Когда они ее отклонили, на весь мир прозвучало известие, что Сталин умер. Они тут же пригласили его снова и выпустили эту книгу. Поскольку время выхода книжки было удачным, она заинтересовала всех. Тем более что он описывал все события на кремлевской верхушке, как будто сам был хорошо знаком с руководителями Советского Союза, был вхож в узкий круг людей, близких Сталину, и прекрасно знал все события, которые происходили в Советском Союзе в последние 20 лет. Поэтому книга до сих пор многими считается сенсационной, и многие верят, что там написана правда, хотя на самом деле в ней нет ни единого слова правды. Абсолютно все, что написано в книге, каждый факт до единого, все неправда. Это все документально опровергнуто, но представлено достаточно убедительно и эффектно для того, чтобы все поверили.

– То есть он был авантюристом и мистификатором?

– Абсолютно правильно. Блестящий авантюрист и мистификатор. И поразительно, что и вышедшая в 2003 году книга его воспоминаний The March of Time, которую подготовил сотрудник ФБР Эд Газур, тоже ни единого слова правды не содержит. Абсолютно все выдумано. Сегодня это, конечно, ясно: масса исследований академических и журналистских сделана почти по каждому направлению, описанному в книгах Орлова, чтобы заявить, что абсолютно все неправда.

– Испанские читатели и критики заметили вашу книгу, идет дискуссия. Я видел один из отзывов, в котором говорится, что вы по-новому рассказываете о тайных пружинах гражданской войны в Испании. Это не преувеличение?

– Думаю, что не преувеличение. Мне известна вся литература, которая выходила в Испании, начиная с июля-августа 36 года и по сегодняшний день, – это огромный объем. Я ознакомился и со многими книгами на французском. До сих пор ни у кого не было возможности сделать такое исследование. Во-первых, оно требует свободного владения целой группой языков. Необходимо хорошо знать немецкий, английский, испанский, французский, итальянский, чтобы можно было работать и с книгами, и с документами из этих стран. Испанские архивы до 1975 года вообще были закрыты для исследователей. Во-вторых, очень многие документы из российских архивов, благодаря Светлане Пожарской и другим историкам, были опубликованы в последние несколько лет. Естественно, требуется знание русского языка, потому что Россия активно участвовала в конфликте в Испании. Это группа факторов, которая действительно не позволяла провести такое серьезное исследование ранее. Поэтому о роли советских спецслужб в гражданской войне в Испании и обо всех их тайных операциях впервые станет известно только из моей книги.

– Касательно роли советской разведки в гражданской войне в Испании – в чем главное открытие книги?

– В книге около 600 страниц, и открытий там достаточно много, но главное следующее. Во-первых, никакой разведдеятельностью НКВД в Испании не занималось. Как и в Советском Союзе, они играли роль тайной политической полиции. Во-вторых, вопреки общему мнению, с сентября 1936 года по июль 1938 года резидентура НКВД в Испании состояла только из пяти человек. После отзыва резидента Кулова и назначения Орлова в феврале 1937 года, в Испании постоянно работали сам Орлов, Наум Белкин, Григорий Сыроежкин, Лев Василевский и Наум Эйтингтон в Барселоне. Все остальные работники НКВД приезжали в командировки на несколько месяцев. Главной задачей резидентуры была слежка за советскими военными советниками, вербовка агентов среди испанцев и бойцов интербригад и борьба с троцкистами. Но никакого террора, никакой «советизации» или, как еще говорят, «сталинизации» в Испании не было. Испанская компартия, которая к началу войны составляла несколько тысяч человек, многие из членов и руководства которой сотрудничали с НКВД, выросла во время войны до 300 тысяч членов, но к концу войны практически распалась. При этом руководство было в Москве, а остатки – во Франции и Мексике, куда позже перебрались Эйтингтон и Василевский. Ну, и еще из открытий: в операции по уничтожению Андреу Нина, лидера оппозиционной партии ПОУМ в Барселоне, непосредственно участвовали Орлов («Швед»), Григулевич («Юзик»), Эрих Таке («Бом»), Луис Лакаса и водитель Эйтингтона Виктор Нежинский. Стрелял, скорее всего, Григулевич.

– Вы написали свою книгу по-английски, на испанский она переведена с английского, а полная биография Орлова выйдет сразу на английском. Есть ли надежда, что появится русский перевод?

– Практически уверен, что биография Орлова не появится, так же как не появился русский перевод «Архива Митрохина», блестящей книги, написанной Кристофом Эндрю на основе документов Василия Митрохина. В моей книге открывается огромное количество малоизвестных или совершенно неизвестных операций советской разведки, происходивших в предвоенные годы, и опубликованы все материалы по Орлову после того, как он перешел на западную сторону. Протоколы его допросов, документы, которые я получил от семьи его куратора из ЦРУ, принципиально меняют ту картину, которая нарисована российскими историками, тесно сотрудничающими с СВР и ФСБ. Они представляют российскому читателю принципиально другую картину событий, представляют по-другому тех людей, которые в этом деле участвовали, и те операции, в которых участвовал Орлов. Поэтому, я думаю, что никто не заинтересован в России, чтобы эта книга вышла. Что же касается той книги, которая была переведена в Испании, то я думаю, что она может выйти, потому что в России много интересующихся гражданской войной в Испании. Книги на эту тему российских ученых недостаточно хороши в связи с тем, что они не имеют доступа к огромному пласту документов, появившихся на Западе за последние годы. Я знаю, что есть интерес, некоторые люди пишут мне из России, просят выслать книгу. Поэтому, надеюсь, издадут ее и на русском языке.

Смотрите еще:

  • Оформление пенсии архив Оформление пенсии архив Подтверждение льготного трудового стажа через архив предприятия Здравствуйте! Мой папа работал в строительной организации с 1989 г. по 1999 г. в должности маляра, что дает ему право уйти на пенсию досрочно в […]
  • Депозитная расписка это РАСПИСКА, ДЕПОЗИТНАЯ Большой бухгалтерский словарь. — М.: Институт новой экономики . Под редакцией А.Н. Азрилияна . 1999 . Смотреть что такое "РАСПИСКА, ДЕПОЗИТНАЯ" в других словарях: расписка депозитная — Документ, подтверждающий […]
  • Новые налоги в великобритании Налоговая система в Великобритании, налогообложение в Англии, налоги в Англии Cовременная система подоходного налогообложения в Великобритании была заложена реформой 1973 г. В результате этой реформы подоходный налог был […]
  • Претензия это толковый словарь Толковый словарь Ожегова . С.И. Ожегов, Н.Ю. Шведова. 1949-1992 . Смотреть что такое "ПРЕТЕНЗИЯ" в других словарях: ПРЕТЕНЗИЯ — требование кредитора к должнику об уплате долга, возмеще нии убытков, уплате штрафа, устранении […]
  • Приказ мо ссср 185 1973 Приказ мо ссср 185 1973 нашел только судебный процесс связанный с этим приказом МОСКОВСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД ОПРЕДЕЛЕНИЕ от 28 января 2011 г. по делу N 33-2098 Судья суда первой инстанции: Н.Ю. Сперанская Судебная коллегия по […]
  • Конвенция о предупреждении геноцида и наказании за него Конвенция о предупреждении преступления геноцида и наказании за него (Нью-Йорк, 9 декабря 1948 г.) Конвенцияо предупреждении преступления геноцида и наказании за него(Нью-Йорк, 9 декабря 1948 г.) См. также Международную Конвенцию от […]
  • Приказ о ведение медицинских книжек Приказ о ведение медицинских книжек ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Ханты-Мансийском автономном округе - Югра информирует о порядке оформления и выдачи личной медицинской книжки Используются бланки личных медицинских книжек […]
  • Электронные пособия по экологии Бесплатная библиотека - учебники, шпаргалки, кандидатский минимум StudySpace.ru – это хранилище знаний для студентов и аспирантов. Здесь вы можете скачать учебники и шпаргалки, аналитические статьи и рефераты. Уникальные лекции и […]