Иммунитет государства от предъявления иска

Согласно ст.251 АПК иностранное государство, выступающее в качестве носителя власти, обладает судебным иммунитетом по отношению к предъявленному к нему иску в арбитражном суде в Российской Федерации, привлечению его к участию в деле в качестве третьего лица, наложению ареста на имущество, принадлежащее иностранному государству и находящееся на территории Российской Федерации, и принятию по отношению к нему судом мер по обеспечению иска и имущественных интересов. Обращение взыскания на это имущество в порядке принудительного исполнения судебного акта арбитражного суда допускается только с согласия компетентных органов соответствующего государства, если иное не предусмотрено международным договором Российской Федерации или федеральным законом. Судебный иммунитет международных организаций определяетсямеждународным договором Российской Федерации и федеральным законом.

Отказ от судебного иммунитета должен быть произведен в порядке, предусмотренном законом иностранного государства или правилами международной организации. В этом случае арбитражный суд рассматривает дело в порядке, установленном АПК.

Под иммунитетом понимается изъятие определенного субъекта или объекта права из-под общих правил.

В международном публичном праве и международном частном праве выделяются иммунитеты государств и международных организаций, которые основаны на других, субъектных критериях.

Под иммунитетом государств понимается изъятие одного государства из-под юрисдикции другого государства*(267).

Данное начало вытекает из международно-правового начала суверенитета государств и их равенства в международных отношениях. Поэтому одно государство неподсудно другому в силу принципа «Par in parem non habet jurisdictionem» («Равный над равными не имеет юрисдикции»). Не случайно, что судебный иммунитет рассматривается и как институт международного публичного права, действие которого получает отражение в гражданском и уголовном процессе государств*(268), что было исторически оправданно в силу имевшего место в тот период его понимания как абсолютного иммунитета.

Традиционно выделятся три вида иммунитетов: от предъявления иска, от применения мер предварительной защиты права и обеспечения иска, от принудительного исполнения судебного решения. Каждый из них имеет одну и ту же общую юридическую и доктринальную основу. В АПК особо оговаривается необходимость получения согласия на отказ от иммунитета в случае предъявления в арбитражном суде иска к иностранному государству, привлечение его в качестве третьего лица к участию в деле, наложение ареста на имущество, принадлежащее иностранному государству и находящееся на территории Российской Федерации, и принятие по отношению к нему мер по обеспечению иска и имущественных интересов, обращение взыскания на это имущество в порядке принудительного исполнения решения арбитражного суда. Все указанные действия возможны лишь с согласия компетентных органов соответствующего государства, если иное не предусмотрено федеральными законами или международными договорами Российской Федерации.

Однако изложенное не означает полной неподсудности государства по судебным искам. В данном случае речь идет о неподсудности требований к государству в судах другой страны. Правило о судебном иммунитете не распространяется на возможность предъявления иска к государству в его собственные национальные суды, здесь каких-либо ограничений не имеется.

Иммунитет государства от предъявления иска

§ 4. Судебный иммунитет

1. Понятие

Согласно ст.251 АПК иностранное государство, выступающее в качестве носителя власти, обладает судебным иммунитетом по отношению к предъявленному к нему иску в арбитражном суде в Российской Федерации, привлечению его к участию в деле в качестве третьего лица, наложению ареста на имущество, принадлежащее иностранному государству и находящееся на территории Российской Федерации, и принятию по отношению к нему судом мер по обеспечению иска и имущественных интересов. Обращение взыскания на это имущество в порядке принудительного исполнения судебного акта арбитражного суда допускается только с согласия компетентных органов соответствующего государства, если иное не предусмотрено международным договором Российской Федерации или федеральным законом. Судебный иммунитет международных организаций определяется международным договором Российской Федерации и федеральным законом.

Отказ от судебного иммунитета должен быть произведен в порядке, предусмотренном законом иностранного государства или правилами международной организации. В этом случае арбитражный суд рассматривает дело в порядке, установленном АПК.

Под иммунитетом понимается изъятие определенного субъекта или объекта права из-под общих правил.

В международном публичном праве и международном частном праве выделяются иммунитеты государств и международных организаций, которые основаны на других, субъектных критериях.

Под иммунитетом государств понимается изъятие одного государства из-под юрисдикции другого государства *(267) .

Данное начало вытекает из международно-правового начала суверенитета государств и их равенства в международных отношениях. Поэтому одно государство неподсудно другому в силу принципа «Par in parem non habet jurisdictionem» («Равный над равными не имеет юрисдикции»). Не случайно, что судебный иммунитет рассматривается и как институт международного публичного права, действие которого получает отражение в гражданском и уголовном процессе государств *(268) , что было исторически оправданно в силу имевшего место в тот период его понимания как абсолютного иммунитета.

Традиционно выделятся три вида иммунитетов: от предъявления иска, от применения мер предварительной защиты права и обеспечения иска, от принудительного исполнения судебного решения. Каждый из них имеет одну и ту же общую юридическую и доктринальную основу. В АПК особо оговаривается необходимость получения согласия на отказ от иммунитета в случае предъявления в арбитражном суде иска к иностранному государству, привлечение его в качестве третьего лица к участию в деле, наложение ареста на имущество, принадлежащее иностранному государству и находящееся на территории Российской Федерации, и принятие по отношению к нему мер по обеспечению иска и имущественных интересов, обращение взыскания на это имущество в порядке принудительного исполнения решения арбитражного суда. Все указанные действия возможны лишь с согласия компетентных органов соответствующего государства, если иное не предусмотрено федеральными законами или международными договорами Российской Федерации.

Однако изложенное не означает полной неподсудности государства по судебным искам. В данном случае речь идет о неподсудности требований к государству в судах другой страны. Правило о судебном иммунитете не распространяется на возможность предъявления иска к государству в его собственные национальные суды, здесь каких-либо ограничений не имеется.

2. Абсолютный и ограниченный (функциональный) иммунитет

В доктрине и законодательстве различается абсолютный и ограниченный иммунитет государств. Длительное время наша страна придерживалась позиции абсолютного иммунитета, отстаивая безусловную неподсудность государства в отношении любых требований независимо от их основы *(269′) .

Так, в известном деле по искам И. Щукиной и И. Коновалова к Российской Федерации, Государственному Эрмитажу, Государственному музею изобразительных искусств им. А.С. Пушкина и Центру Помпиду решением Парижского суда Большой инстанции в 1993 г. было отказано в иске со ссылкой на принцип судебного иммунитета государства и его собственности *(270) .

В последнее время получила распространение доктрина ограниченного или функционального иммунитета *(271) . Это связано с более широким вовлечением государств в гражданский оборот, привлечением многими странами иностранных инвестиций под государственные гарантии, получением кредитов и финансовой помощи от международных организаций и банков, рядом других причин. Поэтому многие государства перестали придерживаться концепции абсолютного иммунитета в отношении определенных категорий дел и отношений *(272) . Выступление государства в качестве субъекта гражданского оборота неизбежно приводит и к иному пониманию концепции иммунитета.

Согласно концепции ограниченного иммунитета иностранное государство, его органы, а также их собственность пользуется иммунитетом только тогда, когда государство осуществляет суверенные функции, т.е. действия jure imperi. Если же государство совершает действия коммерческого характера (заключение внешнеторговых сделок, концессионных и иных соглашений и т. д.), т.е. действия jure gestionis, то оно не пользуется иммунитетом2(273>. Нет причины предоставлять иностранным государствам, действующим в рамках частного права, льготы по сравнению с другими участниками гражданского оборота *(274′) .

Концепция ограниченного иммунитета стала отражаться как в законодательстве, так и в судебной практике. Например, 16 мая 1972 г. была принята разработанная Советом Европы Конвенция об иммунитете государств, однако она ратифицирована немногими государствами *(275) . Хотя Российская Федерация не является участницей данной Конвенции, но современная судебная практика в Российской Федерации склоняется в сторону ограниченного иммунитета иностранного государства на основе принципа определения цели сделки — извлечение прибыли или выполнение публичной функции^(2761. Однако такое противопоставление может быть не всегда удачным, поскольку предложенный критерий не является универсальным. В частности, во многих случаях выполнение публичной функции и извлечение прибыли совпадают, как это было при выпуске Российской Федерацией ГКО. С одной стороны, выпуск ГКО преследовал публичную функцию — пополнение государственного бюджета РФ, но в то же время, по крайней мере по объяснениям организаторов этой пирамиды, был направлен и на получение дохода бюджетом РФ.

3. Правила толкования судебного иммунитета

При применении правил о судебном иммунитете следует принять во внимание ряд правил.

Во-первых, судебный иммунитет не имеет безусловного, абсолютного характера с точки зрения действующего российского законодательства. В частности, в ст.251 АПК говорится о том, что иммунитет признается, если иное не предусмотрено федеральными законами или международными договорами Российской Федерации. В этом плане можно привести ст.23 Федерального закона «О соглашениях о разделе продукции», согласно которой в соглашениях, заключаемых с иностранными гражданами и иностранными юридическими лицами, может быть предусмотрен в соответствии с законодательством Российской Федерации отказ государства от судебного иммунитета, иммунитета в отношении предварительного обеспечения иска и исполнения судебного и (или) арбитражного решения. Кроме того, по заключению М.М. Богуславского, коренным образом изменилось правовое регулирование в новом КТМ, в котором прослеживается отход от доктрины абсолютного и мм ун итета *(277) .

Примером здесь также является известная история с швейцарской компанией «Нога», где имел место отказ от иммунитета, хотя вопрос с юридической точки зрения не является бесспорным *(278) .

Во-вторых, судебный иммунитет не распространяется на случаи предъявления встречного иска, если от имени иностранного государства предъявляется иск в суд другого государства по частноправовому спору (см. пример дела в п.6 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 18 января 2001 г. N 58 «Обзор практики разрешения арбитражными судами споров, связанных с защитой иностранных инвесторов»).

В-третьих, следует различать выступление государства как суверена и его участие в гражданском обороте на общих основаниях с другими субъектами гражданского права. Такой подход вполне укладывается в современное русло понимания иммунитета и его применения на практике. Как пишет М.М. Богуславский, закрепление в законодательстве любого государства СНГ абсолютного иммунитета иностранного государства не ведет к автоматическому его признанию в судах иностранных государств *(279) . В целом ряде стран приняты законодательные акты, понимающие ограниченно судебный иммунитет государств, например в США, Великобритании, Канаде, Сингапуре, Пакистане, Австралии, ЮАР и других странах.

Поэтому в каждом конкретном случае следует выяснять правовую основу участия государства в том либо ином деле. Интересен в этом плане пример из судебной практики, приведенный в п.5 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 18 января 2001 г. N 58 «Обзор практики разрешения арбитражными судами споров, связанных с защитой иностранных инвесторов», согласно которому арбитражный суд прекращает производство по делу об инвестиционном споре, ответчиком по которому является иностранное государство, выступающее в качестве суверена.

В-четвертых, отказ от иммунитета должен быть достаточно ясен и выражен в документах, исходящих от компетентных лиц.

Как говорится в п.8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 11 июня 1999 г. N 8 «О действии международных договоров Российской Федерации применительно к вопросам арбитражного процесса», арбитражный суд принимает иск по коммерческому спору, ответчиком в котором является иностранное государство, выступающее в качестве суверена, или межгосударственная организация, имеющая иммунитеты согласно международному договору, только при наличии явно выраженного согласия ответчика на рассмотрение спора в арбитражном суде РФ. Подобное согласие следует рассматривать в качестве отказа от судебного иммунитета иностранного государства или международной организации. Согласие на рассмотрение спора в арбитражном суде РФ должно быть подписано лицами, уполномоченными законодательством иностранного государства или внутренними правилами международной организации на отказ от судебного иммунитета.

В этом плане в ч.З ст.251 АПК подчеркивается, что отказ от судебного иммунитета должен быть произведен в порядке, предусмотренном законом иностранного государства.

В-пятых, правила иммунитета государств проецируются и на иммунитет его представителей. В этом плане можно привести такие основополагающие международные договоры, как Венская конвенция о дипломатических сношениях и Венская конвенция о консульских сношениях. Интересным может оказаться и вопрос об иммунитете так называемых почетных консулов, поскольку по печати приводилась практика использования этого института для прикрытия фактически предпринимательской деятельности.

4. Иммунитет международных организаций

Иммунитет международных организаций имеет производный характер от иммунитета государств, образовавших международные организации. В учредительных документах организаций, и прежде всего уставах, закреплен принцип наличия иммунитета, в то время как содержание иммунитета раскрывается в соглашениях со страной пребывания штаб-квартиры такой организации *(280′) . Согласно ч.2 ст.251 АПК судебный иммунитет международных организаций определяется международным договором Российской Федерации и федеральным законом.

Иммунитетом наделены многие известные международные организации, например ООН в соответствии с Конвенцией о привилегиях и иммунитетах ООН от 13 февраля 1946 г., Конвенцией о привилегиях и иммунитетах специализированных учреждений ООН от 21 ноября 1947 г., Совет Европы -в соответствии с Генеральным соглашением о привилегиях и иммунитетах от 2 сентября 1949 г. *(281)

Важно также различать иммунитет при выполнении функциональных обязанностей международной организации, для выполнения которых она и была образована, и участие международной организации в гражданском обороте. Например, согласно п.7 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 18 января 2001 г. N 58 «Обзор практики разрешения арбитражными судами споров, связанных с защитой иностранных инвесторов» иммунитет не распространяется на коммерческую деятельность международной организации, не предусмотренную международными договорами (ее уставом и соглашением о штаб-квартире).

5. Иммунитет и соучастие в арбитражном процессе

Сложные процессуальные вопросы возникали при исследовании вопроса, распространяется ли судебный иммунитет на такие случаи, когда имеет место процессуальное соучастие и один из соучастников имеет иммунитет, а другой нет. Можно ли рассмотреть такое дело полностью, или наличие судебного иммунитета у одного из соответчиков влечет невозможность рассмотрения дела в целом.

В частности, в практике Арбитражного суда Свердловской области в 1999 г. возник вопрос: подлежит ли рассмотрению в арбитражном суде спор по иску о признании недействительной двусторонней сделки, предъявленной к обеим сторонам этой сделки, если одна из сторон сделки -Европейский банк реконструкции и развития — является международной организацией, пользующейся судебным иммунитетом? В конечном счете арбитражный суд прекратил производство по делу, исходя из того, что данное дело не может быть рассмотрено государственным арбитражным судом, поскольку международная организация заявила о судебном иммунитете. При ином решении вопроса арбитражный суд, во-первых, нарушит правила о судебном иммунитете и, во-вторых, в любом случае будет решать вопрос о правах и обязанностях лица, не привлеченного к участию в деле *(282′) .

Открытым остается вопрос о решении вопроса в том случае, если к таким соответчикам, один из которых пользуется иммунитетом, был предъявлен иск имущественного характера. Следует ли дело прекращать полностью или только в отношении ответчика, пользующегося иммунитетом? Очевидно, что такая ситуация не имеет однозначного решения, поскольку необходимо принимать во внимание и характер судебного спора, исходя из концепции ограниченного иммунитета, насколько такой спор, например о возмещении убытков соответчиками, связан с характером деятельности международной организации. Решение вопроса зависит от того, выступала ли международная организация как обычный субъект гражданского оборота или ее деятельность была связана с осуществлением ее уставных задач, от существующей судебной практики в отношении международных организаций и ряда других юридико-фактических обстоятельств.

Отказ от судебного иммунитета международных организаций производится в том же порядке, что и для иностранных государств, согласно ч.З ст.251 АПК.

§ 2.1. Иммунитет государства в гражданском судопроизводстве

Рассмотрение отдельных видов иммунитетов начнем с вопроса об иммунитете государства в гражданском процессе. В данной главе будет рассмотрен иммунитет государства в гражданском судопроизводстве, нормативной основой которого, помимо Конституции Российской Федерации и международных договоров с участием нашего государства, является в настоящее время глава 45.1, появившаяся в ГПК РФ с 1 января 2016 года после вступления в силу Федерального закона от 29 декабря 2015 г.

Непосредственно иммунитеты государств в международном праве регулирует Конвенция Организации Объединенных Наций о юрисдикционных иммунитетах государств и их собственности (Нью-Йорк, 2 [123] [124]

декабря 2004 года) , подписанная Российской Федерацией 1 декабря 2006 года, тем не менее, до настоящего времени ею не ратифицированная, которая (Конвенция) устанавливает принцип ограниченного иммунитета государства.

Между тем, далеко не все однозначно в казалось бы незыблемых постулатах иммунитета государства по отношении к гражданскому судопроизводству в судах другого государства. Попытка абсолютного признания иммунитета государства ведет к неравенству его с частными субъектами другого государства (гражданами, коммерческими

предприятиями, общественными организациями), когда частное лицо не всегда может получить защиту права посредством предъявления иска к государству, а государство во всех случаях может предъявить иск к частному лицу, если только это лицо не является дипломатическим или консульским представителем другого государства. Как утверждает И.А. Приходько, оценивая правосознание россиян, «пока не преодолены складывающиеся столетиями стереотипы. о том, что в спорах с властью суд скорее всего встанет на строну власти»[125] [126], при этом в рассматриваемой нами проблеме все усложнено еще и тем, что речь идет о споре с иным государством, нежели государством принадлежности суда, рассматривающего дело. М.Н. Зарубина, размышляя о власти, ответственности и правосудии, утверждает, что судебные реформы в нашем государстве вызваны «не только изменяющимися условиями развития самого государства, его властных механизмов и структур, но прежде всего патологиями, возникавшими в отношениях власть — личность» . Именно поэтому иммунитет государства в гражданском процессе нуждается в совершенном, четком регулировании, избегающим двойного понимания, и, желательно, двойных стандартов.

Конечно, публичное право, в отличие от частного, подлежит особой защите, при этом, как указывает Е.В. Михайлова, если частное право может быть защищено тремя способами (в государственном порядке, путем самозащиты и с использованием примирительных процедур), то публичное право «как право общее для всех и каждого, принадлежащее не только конкретному частному субъекту, но и государству в целом, не может быть защищено иначе как в государственном, судебном порядке» . Категория иммунитет является по своей характеристике публично-правовой, особенно ярко это проявляется применительно к такому виду иммунитета как иммунитет государства, а потому связанные с ним проблемы лежат в плоскости публичного права, и при их разрешении данное положение учитывать обязательно.

В период советского права для этой проблемы было найдено простое решение, состоящее в том, что права частных лиц действием абсолютного иммунитета государства не нарушаются, так как они в свое время реализовали собственную свободу выбора партнера по договору[127] [128] [129]. То есть частное лицо могло не вступать в гражданско-правовые отношения с государством, а разве уж сделало это, то должно было иметь ввиду все негативные последствия действия абсолютного государственного иммунитета. Конечно, иск к государству может быть предъявлен в собственных судах этого государства, но вряд ли можно будет говорить о серьезных положительных перспективах такого судебного процесса для заявителя даже с учетом провозглашения в развитых странах принципа независимости судей.

Существует и совершенно противоположная позиция — как считают правоведы из Казахстана, если государство пользуется безусловным иммунитетом при выполнении публично-правовых функций, то при осуществлении частноправовой деятельности оно теряет государственный иммунитет, при том как отказ от иммунитета рассматривается уже само вступление государства в частноправовые отношения . Если бы изначально это было так, то вряд в российском процессуальном законодательстве появилась упомянутые глава 45.1 ГПК РФ и Закон о юрисдикционных иммунитетах иностранного государства, устанавливающие особые правила относительно предъявления в суде Российской Федерации иска к иностранному государству, привлечения иностранного государства к участию в деле в качестве ответчика или третьего лица, а также рассмотрение ходатайств о признании и принудительном исполнении решений иностранных судов в отношении имущества иностранного государства, находящегося на территории Российской Федерации.

Что касается второй составной части иммунитета государства в гражданском процессе, а именно иммунитета государства в исполнительном производстве (в том числе наложение ареста на имущество иностранного государства на территории Российской Федерации, установление иных мер по обеспечению иска в отношении этого имущества, обращение на него взыскания в порядке исполнения судебного решения), то он будет обозначен нами и в третьей главе настоящего диссертационного исследования, непосредственно посвященной иммунитетам в исполнительном [130] производстве. Вместе, с тем, чтобы не повторяться, там он не будет выделен в качестве объекта отдельного параграфа, так как мы уже определились с логическим построение третьей главы исходя из цели установления иммунитета, а цель установления иммунитета государства как в гражданском судопроизводстве, так и в исполнительном производстве исходит из единого источника — государственного суверенитета, то есть иммунитет государства имеет своей целью этот иммунитет гарантировать, обеспечить.

Стоит заметить, что принятие Закона о юрисдикционных иммунитетах иностранного государства было вызвано не только внутренними российскими реалиями, хотя уже в 90-е годы прошлого века исследователи государственного иммунитета констатировали, что единых правил относительно признания иммунитета государства не выработано, более того, доказывалась необходимость пересмотра правовой концепции

государственного иммунитета в доктрине международного права .

Проект Закона о юрисдикционных иммунитетах иностранного государства был разработан в целях выполнения правовых позиций Европейского Суда Минюстом России после того, как Европейский Суд по правам человека установил нарушение российскими властями п.1 ст.6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод в связи с несоблюдением права В.Б. Олейникова на доступ к суду ввиду отказа судов в принятии к рассмотрению гражданского иска заявителя к Правительству Корейской Народно-Демократической Республики о взыскании долга со ссылкой на наличие у ответчика абсолютного судебного иммунитета и гражданское процессуальное законодательство Российской Федерации, действующее в рассматриваемый период времени (а именно ст.

Между тем, Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 14 июля 2015 года № 21-П установлено, что «в случае если Конституционный Суд Российской Федерации придет к выводу, что постановление Европейского Суда по правам человека, поскольку оно основано на Конвенции о защите прав человека и основных свобод в истолковании, противоречащем Конституции Российской Федерации, не может быть исполнено, такое постановление в этой части не подлежит

Хотя в целом мы, придерживаясь строгого отнесения российской правовой системы к романо-германской правовой системе права, не можем согласиться с позицией, близкой системе общего права, что постановления Европейского Суда по правам человека, принятые в отношении Российской [133] [134]

Федерации, следует считать источником российского права , влияние таких решений на российское гражданское судопроизводство игнорировать совершенно невозможно. И все-таки только господство закона, являющееся признаком романо-германской системы права, повышает значимость государства и его органов[135] [136] [137], это должно учитываться, как представляется, всеми проводящими правовые научные изыскания вне зависимости от выбранной для изучения области права.

Именно для исправления нарушений п.1 ст.6 Конвенции в законопроекте содержалось положение, согласно которому иностранное государство не пользуется на территории Российской Федерации судебным иммунитетом в отношении споров, возникающих из гражданско-правовой сделки, заключенной с российскими физическими или юридическими лицами, на что специально было обращено внимание в п. 7 Доклада о результатах мониторинга правоприменения в Российской Федерации за 2014

Ч.1 ст.15 Закона о юрисдикционных иммунитетах иностранного государства поясняет понимание принципа взаимности, устанавливая, что иммунитеты иностранного государства и его имущества «могут быть ограничены на основе принципа взаимности, если будет установлено наличие ограничений, касающихся предоставления Российской Федерации и ее имуществу юрисдикционных иммунитетов в иностранном государстве, в отношении которого и имущества которого возник вопрос о юрисдикционных иммунитетах». Принцип взаимности в международных отношениях исходит из правила «воздающей справедливости», которое

указывает на то, что «поступать следует так, как поступила противоположная

Исследователи иммунитета государства в трансграничных отношениях указывают, что ограничения юрисдикционного иммунитета иностранного государства на территории принимающего государства должны быть предусмотренными «а) международными соглашениями, участником которых это иностранное государство является; б) внутренним правом этого иностранного государства; в) прямым волеизъявлением этого иностранного государства (для ситуации adhoc); г) сверхимперативными нормами и публичным порядком принимающего государства», предлагая «введение в будущем в отечественный закон нормы, в соответствии с которой цель и характер осуществляемой иностранным государством деятельности будут анализироваться судом на основании специального сертификата или ноты, исходящей от правительства иностранного государства» . Полагаем, данные суждения не совсем логичны и вот почему.

Во-первых, сам по себе иммунитет, как было обосновано в первой главе настоящего исследования, является исключением из общего правила, поэтому ограничения из самих исключений представляют собой обычное действие общего правила (по причине не действие исключения из него).

Во-вторых, введение предлагаемой Э.В. Тумановым нормы заставит суды выполнять несвойственные им (да и ненужные при рассмотрении дела с иностранным элементом) функции оценки цели и характера осуществляемой иностранным государством деятельности. [138] [139]

И, наконец, в-третьих, остается не ясным, почему именно Правительство государства должно принимать предлагаемую ноту или сертификат, что делать, если таковых оно не примет (а, скорее всего, так оно будет, ибо с чего это правительствам всех государств, после принятия нашим государством законодательного предложения Э.В. Туманова, немедля подчиниться и принять некую ноту или сертификат для российского судопроизводства).

Тем более заслуживает критики предположение автора о возможности установления «ограничения» исключительно внутренним правом

государства, что противоречит принципу взаимности. Также неприемлемо обозначение неких «сверхимперативных» норм, возвращающих нас к советским правилам о запрещении и «категорическом» запрещении (так называемой «суперобязательности»). Норма не может быть сверхимперативной, иначе пришлось признать бы, что иные императивные нормы как бы «не совсем обязательны». Невозможно без сожаления констатировать, что даже привычные, и еще недавно казавшиеся незыблемыми постулаты права начинают подвергаться сомнению, императивные сущности размываются, и даже закрепление в Конституции принципов, по мнению ученых (на примере принципа разделения властей), не придает им абсолютного характера[140] [141], не исключает противоречия в самих

О практических результатах применения Закона о юрисдикционных иммунитетах иностранного государства в гражданском судопроизводстве в настоящее время говорить рано, принимая во внимание, что только с 1 января 2016 года в ГПК РФ действует соответствующая глава, но в настоящее время это позволяет нам определить иммунитет государства в гражданском судопроизводстве как обусловленные государственным суверенитетом особые правила предъявления иска к иностранному государству, привлечения иностранного государства к участию в производстве по гражданскому делу в качестве ответчика или третьего лица, особые правила рассмотрения и разрешения дела, принятия в отношении имущества иностранного государства, находящегося на территории Российской Федерации мер по обеспечению иска, обращения взыскания на это имущество, а также рассмотрения ходатайств о признании и принудительном исполнении решений иностранных судов в отношении имущества иностранного государства.

Оговорив незначительное время, прошедшее с момента принятия нормативной базы иммунитета государства в гражданском судопроизводстве, позволим себе все же отметить отдельный ее недостаток. Одна из новелл, а именно ст.417.11 ГПК РФ названа «Привилегии и иммунитеты иностранного государства в ходе судебного разбирательства», тогда как иммунитет — это один из видов привилегий, поэтому данное название нормы не соответствует правилам законодательной техники. Правила данной нормы являются иммунитетом иностранного государства от судебных штрафов и требований о предварительной оплате судебных расходов, следовательно, из наименования статьи следует убрать слова «Привилегии и. », но для более точного соответствия ее названия содержанию нормы (тем более что, с одной стороны, это не единственные иммунитеты государства в судебном разбирательстве, как можно было бы предположить, а, с другой стороны, обозначенные иммунитеты действуют не только в стадии судебного разбирательства), ее следует озаглавить «Иммунитеты иностранного государства от судебных штрафов и требований о предварительной оплате судебных расходов».

Теории государственного иммунитета

Государство как субъект МЧП обладает иммунитетами.

1. Иммунитет от предъявления иска — неподсудность одного государства судам другого. Сделки государства должны рассматриваться только в его собственных судах. Без прямо выраженного согласия на судебное разбирательство в иностранном суде государство нельзя привлечь к судебной ответственности за границей. Иммунитет от предъявления иска — это судебный иммунитет в узком смысле слова (собственно юрисдикционный иммунитет).

2. Иммунитет от предварительного обеспечения иска — без прямо выраженного согласия государства в отношении его имущества, находящегося за границей, не могут быть приняты никакие меры в качестве предварительного обеспечения иска.

3. Иммунитет от принудительного исполнения судебного решения — без согласия государства по отношению к нему не могут быть применены никакие принудительные меры по обеспечению иска или исполнению решения.

4. Иммунитет собственности государства — собственность иностранного государства неприкосновенна, не может быть национализирована, конфискована, на нее нельзя обратить взыскание. Имущество иностранного суверена, даже находящееся в руках третьих лиц, не подлежит виндикации. Без согласия государства-собственника его имущество не может быть подвергнуто принудительному отчуждению, насильственно удерживаться на территории иностранного государства. Государство места нахождения иностранной собственности обязано принимать все необходимые меры защиты против расхищения этого имущества третьими лицами.

5. Доктрина акта государства (связана с иммунитетом собственности государства) — если государство заявляет, что имущество принадлежит ему, то суд иностранного государства не вправе подвергать это заявление сомнению. Никакие иностранные органы не могут рассматривать вопрос о том, принадлежит ли действительно собственность государству, если оно заявляет, что собственность принадлежит ему.

6. Коллизионный иммунитет государства — к частноправовым отношениям государства должно применяться только его собственное право. Все сделки государства подчиняются его национальному праву.

В доктрине, законодательстве и практике разработаны две теории государственного иммунитета: доктрина абсолютного иммунитета и доктрина функционального (ограниченного) иммунитета.

Теория абсолютного иммунитета государства непосредственно основана на принципе суверенного равенства государств и общем принципе права «равный над равным не имеет ни власти, ни юрисдикции». Доктрина абсолютного иммунитета государства признавалась незыблемой нормой международного права в течение почти 100 лет (до середины XX в.). Государство, даже будучи стороной частноправового отношения, не может быть привлечено к ответственности в судах другого государства. Подсудность судам другого государства допустима только в случае прямо выраженного согласия иностранного государства-ответчика («договорный» или «дипломатический» отказ от иммунитета). Иск к государству может быть предъявлен только в его собственном суде. Частное лицо вправе обратиться в компетентные органы своего государства с тем, чтобы оно вступило в дипломатические переговоры с иностранным государством, к которому это лицо имеет претензии. Доктрина абсолютного иммунитета государства до сих пор закреплена в законодательстве некоторых государств (в частности, России).

В 1950-х гг. в связи с активизацией участия государства в международных гражданских правоотношениях появились теории «служебного» иммунитета, «торгующего» государства, государства-коммерсанта, на основе которых была выработана доктрина функционального (ограниченного) иммунитета. Суть этой доктрины — если государство от своего имени занимается коммерческой деятельностью, оно автоматически в отношении такой деятельности и связанного с ней имущества отказывается от иммунитета, ставит себя в положение частного лица.

Во многих странах существует кодифицированное законодательство, регулирующее иммунитеты государства: Закон США, Закон Великобритании, Акт Сингапура (1979), законы Пакистана и Аргентины (1995). Все эти законы основаны на доктрине функционального иммунитета государства. Интересно отметить, что в странах общего права законодательство об иммунитетах иностранного государства кодифицировано (Акт Австралии об иммунитете иностранного государства (1984)), а в странах континентального права этот вопрос регулируется в основном судебной практикой.

В соответствии с теорией функционального иммунитета государство обладает иммунитетом, только когда оно совершает действия, являющиеся проявлением государственной, публичной власти, т.е. действия в осуществление суверенных полномочий (de iure imperii). Публичные акты государства пользуются абсолютным иммунитетом и не могут быть предметом разбирательства в суде другого государства.

Когда государство осуществляет функции торгового характера, т.е. действия в ходе осуществления коммерческой деятельности (de iure gestionis), оно не обладает иммунитетом и должно рассматриваться как частное лицо. Деятельность государства в качестве «коммерсанта» представляет собой частный акт и подлежит юрисдикции государства места деятельности. По частноправовым сделкам государства возможно привлечение его к ответственности в суде другого государства, применение права страны суда (иного иностранного права), действия по предварительному обеспечению иска и принудительному исполнению судебного решения.

Деление действий государства на публичные и частные — краеугольный камень концепции функционального иммунитета. Для определения характера действий государства разработаны теории:

— доктрина цели действий. Главный критерий — цель совершения действий (государственный заказ на постройку военного корабля частной иностранной фирме — действие iure imperii);

— доктрина характера действий. Решающим является юридический характер действия. Частные действия — это действия, совершаемые в форме обычных контрактов, если подобный контракт может заключить любое юридическое или физическое лицо.

Критерий «характер действия» закреплен в законодательстве США, Великобритании, Австралии, судебной практике Франции, Нидерландов, ФРГ. В Законе о МЧП Азербайджана (ст. 16) установлен комплексный подход: «К заключенным государством гражданско-правовым сделкам, если это не связано с выполнением им своих суверенных функций, применяются положения настоящего Закона. Характер заключаемых государством правовых сделок определяется в соответствии с их правовой природой и причинами».

Конвенция ООН 2004 г. также предлагает компромиссный вариант: «При определении того, является ли контракт или сделка «коммерческой сделкой». следует прежде всего исходить из природы этого контракта или сделки, однако следует также учитывать их цель, если стороны контракта. договорились об этом, или если, согласно практике государства суда, эта цель имеет отношение к определению некоммерческого характера этого контракта или сделки».

В отечественной доктрине высказывается мнение, что функциональный иммунитет и ограниченный иммунитет — различные категории. Теория функционального иммунитета ограничивает иммунитет государства на основе общего принципа (критерия): деления деятельности государства на суверенно-властную и частную. Теория ограниченного иммунитета не использует никаких формальных критериев, а формулирует перечень конкретных случаев, когда государство не пользуется иммунитетом1.

Подавляющее большинство представителей российской и зарубежной доктрины использует термины «ограниченный иммунитет» и «функциональный иммунитет» как синонимы. Теория функционального иммунитета зачастую называется теорией ограниченного или относительного иммунитета. Теория функционального иммунитета закреплена в международных актах — в Европейской (Брюссельской) конвенции 1972 г. и в Конвенции ООН 2004 г.

Европейская конвенция 1972 г. принята в рамках Совета Европы. В Конвенции указывается, что государства-участники учитывают проявляющуюся в международном праве тенденцию ограничения случаев, когда государство может ссылаться на иммунитет в иностранном суде. Провозглашается принцип иммунитета иностранного государства (ст. 15) и закрепляются исключения, при которых иностранное государство не может ссылаться на иммунитет перед национальным судом другого государства:

1. Разбирательство касается обязательства, возникшего из контракта, который подлежит исполнению на территории государства суда.

2. Разбирательство связано с трудовыми отношениями на территории государства суда. Эта норма не применяется: а) физическое лицо является гражданином государства нанимателя на момент предъявления иска; б) во время заключения контракта физическое лицо не было гражданином государства суда и не имело постоянного места жительства на территории государства суда; в) стороны в письменном соглашении договорились об ином.

3. Спор касается участия в компаниях, ассоциациях, иных юридических лицах, которые зарегистрированы, имеют основное место нахождения или место деятельности на территории государства суда; другими участниками юридического лица являются частные лица.

4. Спор касается деятельности офиса, агентства либо учреждения иностранного государства, которые находятся на территории государства суда и осуществляют деятельность таким же способом, что и частные лица.

5. Спор связан: а) с патентом, промышленным образцом или иным подобным правом, которое используется в государстве суда, было зарегистрировано в нем или иным образом защищено и в отношении которого государство является заявителем или собственником; б) с нарушением иностранным государством на территории государства суда авторского права, которое принадлежит третьему лицу и защищено в государстве суда; в) с правом пользования товарным знаком на территории государства суда.

6. Спор вытекает: а) из права на недвижимую собственность, пользование ею или владение; б) из обязательств, которые возникают из права на недвижимую собственность, а недвижимость находится на территории государства суда.

7. Спор касается его прав на движимое и недвижимое имущество, которые возникли в силу наследования, дарения либо на основании того, что вещь является бесхозяйной.

8. Спор связан с возмещением вреда, если факты, которые повлекли такой вред, имели место на территории государства суда.

Европейская конвенция использует критерии, свойственные теории функционального иммунитета: деление функций государства на публичные (суверенные) и иные. Конвенция содержит нормы об отсутствии у иностранного государства иммунитета при осуществлении деятельности iure gestionis. Европейская конвенция весьма успешно действует и применяется в судах европейских стран в течение 40 с лишним лет. Россия в ней не участвует; в отечественной доктрине неоднократно ставился вопрос о необходимости присоединения нашей страны к этому акту.

Конвенция ООН 2004 г. (Россией ратифицирована в 2007 г.) подтверждает принцип невозможности осуществления юрисдикции в судах одного государства над иностранным государством и его органами при осуществлении ими властных полномочий, обеспечивает защиту государственной собственности, не используемой в коммерческих целях. Конвенция 2004 г. содержит детальный перечень видов деятельности, осуществление которой лишает государство права на иммунитет.

1. Государство не может ссылаться на иммунитет от юрисдикции при разбирательстве дела из коммерческой сделки, заключенной с иностранным физическим или юридическим лицом. Эта норма не применяется в случае коммерческой сделки между государствами, если ее стороны явно договорились об ином.

2. Государство не может ссылаться на иммунитет от юрисдикции при разбирательстве, которое касается установления:

а) прав или интересов этого государства в отношении недвижимого имущества, находящегося в государстве суда, или любого обязательства этого государства, возникающего в связи с его интересами в отношении такого имущества;

b) прав или интересов этого государства в отношении движимого или недвижимого имущества, которые возникают в силу наследования, дара и бесхозяйного имущества;

c) прав или интересов этого государства в отношении управления имуществом, таким, как доверительная собственность, собственность банкрота или собственность компании в случае ее ликвидации.

3. Государство не может ссылаться на иммунитет от юрисдикции при разбирательстве, затрагивающем:

a) установления любого права этого государства в отношении патента, промышленного образца, торгового или фирменного наименования, товарного знака, авторского права, любой другой формы интеллектуальной или промышленной собственности, пользующейся защитой в государстве суда;

b) предполагаемого нарушения этим государством на территории государства суда права интеллектуальной или промышленной собственности, принадлежащего третьему лицу и защищаемого в государстве суда.

4. Государство не может ссылаться на иммунитет от юрисдикции при разбирательстве, затрагивающем отношения из трудового договора между этим государством и физическим лицом относительно работы, которая была или должна быть выполнена на территории этого государства. Исключения:

— работник был нанят для выполнения обязанностей в порядке осуществления государственной власти;

— работник является лицом, пользующимся дипломатическим иммунитетом;

— предметом разбирательства является наем, возобновление найма или восстановление на работе;

— разбирательство затронет интересы безопасности этого государства;

— работник является гражданином государства-работодателя в момент возбуждения разбирательства.

5. Государство не может ссылаться на иммунитет от юрисдикции при разбирательстве, касающемся денежного возмещения в случае смерти или причинения телесного повреждения какому-либо лицу или нанесения ущерба имуществу или его утраты в результате действия или бездействия, которое предположительно может быть присвоено государству, если такое действие или бездействие имело место полностью или частично на территории другого государства и деликвент находился на этой территории в момент совершения действия или бездействия.

В отечественной доктрине высказывается мнение, что Европейская конвенция 1972 г. и Конвенция 2004 г. «не просто исходят из теории ограниченного иммунитета государства, а еще больше «ограничивают» иммунитет, чем это делают законы большинства стран».

Теория функционального иммунитета государства закреплена во многих современных кодификациях МЧП: «Положения настоящего кодекса применяются и к отношениям частного права с международным элементом, стороной которых является государство, за исключением тех случаев, когда в законе установлено что-то другое» (ст. 60 Кодекса МЧП Болгарии).

Смотрите еще:

  • Вакансии в кемерово юрист Вакансии h Юристы, коллекторы, приставы в Кемерово и соседних городах Кемерово Юрист — от 15 000 р. Обязанности: ведение исполнительного производства,контроль за своевременным применением принудительных мер судебным приставом- […]
  • Как получить ходатайство Как написать ходатайство для получения квоты на РВП? Необходимо написать ходатайство от главы факультета в УФМС с целью выделения квоты на РВП иностранной студентке. Как оформить и есть ли шаблон для данного вида ходатайства? 18 […]
  • Консультация юриста в ханты-мансийске Консультация юриста в ханты-мансийске Ханты-Мансийск: услуги практикующих юристов (телефоны и адреса) Подробности Категория: Услуги частнопрактикующих юристов юрист услуги контакты КУЛЕБАКИН […]
  • Отзывы о независимой экспертизе после дтп Независимая экспертиза после ДТП Перейти на новый Общий форум Автор: Byrik [Москва] (---.telmos.ru) Дата: давно Господа, подскажите пожалуйста, стоит ли делать независимую экспертизу после ДТП (я - пострадавший), или положиться на […]
  • Расчет пенсии в мо рф Калькулятор военной пенсии с 1 января 2018 года по новой выслуге лет Расчет пенсии военнослужащих отличается от расчета пенсии обычных работников. Но благодаря калькулятору, приведенному ниже, вы сможете без проблем рассчитать свои […]
  • Общая теория собственности черкасов Черкасов Г.И. Общая теория собственности Скачивание файла Введите число с картинки: Поделись с друзьями! Комментарии Смотрите также Капелюшников Р.И. Экономическая теория прав собственности Капелюшников Р.И. Экономическая теория […]
  • Заявление от анны седых Обращения граждан Вы имеете право обратиться в судебный участок с запросом (предложение, заявление, жалоба), который будет зарегистрирован и рассмотрен в соответствии с порядком, установленным законодательством Российской […]
  • Заявление о продлении срока принятия наследства Исковое заявление о восстановлении срока для принятия наследства В семейном (гражданском) законодательстве определен срок, в течение которого наследники должны формально или фактически вступить в наследство. Этот срок составляет […]